Книга Пепел. Харпер и Нокс, страница 140 – Ребекка Яррос

Я опустилась на корточки.

— Не беспокойся. – Я убрала челку с его глаз. – Твой папа позаботится о вас обоих.

Пожалуйста, Нолан, не подведи их.

Лиам бросился мне на шею, и я крепко прижала его к себе.

— Я так счастлива за тебя, Лиам, – выдавила я. – Увидимся завтра.

Мальчик отпустил меня.

— Я оставил на столе рисунок для тебя. – Он помахал рукой и побежал к Эллиот.

Усадив малышей, соцработник направилась ко мне.

— Хотела еще раз поблагодарить вас за…

Я остановила ее, вскинув руку.

— Пожалуйста, не сегодня.

Потом развернулась и зашла в дом. Там, привалившись спиной к двери, я стояла и слушала, пока не раздалось шуршание колес отъезжающей машины.

И наступила тишина. Кроме тишины, не было ничего: ни смеха, ни падения игрушек, ни шороха карандашей по бумаге… Даже Нокса не было. Я была абсолютно одна.

Я побрела на кухню. Мне нужен был Нокс, хотя бы его голос в трубке телефона! К этому времени он наверняка приземлился. Почему же не звонит?

Открыв сумку, я стала искать телефон, и вдруг пальцы нащупали любимую пожарную машину Лиама. Когда я вытащила ее из сумки, плотину сдерживаемых эмоций прорвало, отчаяние вонзило когти мне в грудь и стало раздирать на части.

Все еще с машинкой в руке я сползла по стенке шкафа вниз, пока не очутилась на полу; по дому разнесся страшный, отчаянный вой раненого животного.

Неужели это мой голос? Почему я не чувствую радости от воссоединения их семьи? Где удовлетворение от того, что мы выполнили обещанное? Почему так больно дышать?

Слезы потоком лились из глаз, а рыдания сотрясали тело с такой силой, что я вся дрожала.

Мне следовало бы позвонить Эмерсон или Эйвери, но они не могли ни понять, ни помочь.

Только один человек смог бы по-настоящему разделить со мной это горе. А его не было рядом. Как, впрочем, и всегда, когда он был мне нужен.

Впервые в жизни я ощутила неприязнь по отношению к Ноксу Дэниелсу.

Был уже шестой час, когда я въехал в Легаси. Я гнал машину, предусмотрительно оставленную для меня командой на стоянке аэропорта Ганнисона, на пределе ее возможностей – и тут, как назло, закончился бензин. Пришлось искать заправку. Хотя перед тем, как сесть в самолет, я успел принять душ в аэропорту, запах пепла и сажи будто намертво въелся в одежду.

В ответ на все мои звонки у Харпер включался автоответчик. Грэмс не стала ничего объяснять, сказала только, что мне нужно срочно ехать домой. И я мчался как угорелый. Все время ощущал, как тикают невидимые часы, продолжал бесконечные попытки дозвониться до Харпер и впервые с тех пор, как умер отец, возненавидел пожары. Мы должны были вместе, взявшись за руки, зайти в зал суда сегодня. Точно так же, как в день, когда сражались за мальчиков.

Надеюсь, дети еще не будут спать, когда я приеду домой.

Они ведь должны быть дома. Харпер ни за что не позволит Службе социальной защиты забрать их, прежде чем они хотя бы раз не проведут ночь со своим отцом. Честно говоря, морально готовясь к свиданиям по выходным, я постоянно гадал, сколько таких ночевок потребуется Нолану, чтобы новизна отцовских чувств угасла и он, показав свое истинное лицо, бросил мальчиков.

Мое нетерпение достигло предела, когда я засунул заправочный пистолет в бензобак. Какого черта Харпер пришло в голову отдавать кроватку Джеймса? Если Кларку нужна кроватка, пусть покупает, как это сделали мы.