Книга Пепел. Харпер и Нокс, страница 139 – Ребекка Яррос

— Не понимаю…

— Речь не о Лиаме и Джеймсе. Я уверена, что с ними все будет в порядке, иначе не отправила бы их домой. Речь о других детях, которые…

— Все, забирайте их вещи! – Нужно было прекратить этот ужасный разговор. Я не представляла себе, как буду жить через пару минут после того, как заберут мальчиков, – а она уже предлагает мне других детей?! Я не хотела других, я хотела своих!

Лиам стоял рядом с Джеймсом, поглаживая брата по головке.

— Он нервничает.

Я понимала, что речь идет отнюдь не о Джеймсе, но решила ему подыграть.

— Нервничать – нормально. Особенно когда происходят большие перемены. – Слова застревали у меня в горле.

— Он боится, что больше вас не увидит. – Нижняя губа Лиама задрожала.

— Обязательно увидит, – пообещала я, едва сдерживая слезы. Я вытащила Джейми из манежа и крепко прижала к себе. От него пахло детским шампунем, который я упаковала, чтобы отвезти к Нолану.

— Но он тоже счастлив, – прошептал Лиам.

Я села на корточки.

— Надеюсь, он так же счастлив, как и ты. Тогда и я буду счастлива. – Мне казалось, что я медленно умираю; каждая часть моего бедного сердца была переполнена страданием.

Губы Лиама сморщились, а глаза наполнились слезами. Глядя на него, я сама готова была разрыдаться.

— Испытывать сильные эмоции – совершенно нормально, Лиам. Можно одновременно радоваться и нервничать. Не пугайся этого. – Я смахнула слезинку с его щеки и нежно погладила.

— Вы на нас за что-то сердитесь? – вдруг закричал мальчик.

— Почему ты так решил? – Шок, который я испытала, расколол оболочку той хрупкой коробочки, куда я спрятала свои эмоции, и на меня навалился уродливый и страшный хаос.

— Поэтому мы больше никогда сюда не вернемся?

— Все не так! – Я притянула Лиама к себе, заключив обоих мальчиков в такое крепкое объятие, что нам едва удавалось дышать. – Я не сержусь и всегда буду рядом, когда понадоблюсь. Вам обоим очень повезло, потому что на свете много людей, которые вас любят. Мы с Ноксом, ваш папа. Вас не наказывают, совсем наоборот – все налаживается, как ты хотел, помнишь? Ты верил, что папа вернется, и он приехал. И сейчас ждет вас.

— Я не выбирал, – всхлипывая, проговорил Лиам мне на ухо. – Клянусь, я не выбирал.

— Милый мой, – стала я успокаивать и укачивать обоих. – Я знаю и рада, что тебе не пришлось. Хорошо быть маленьким – потому что не надо принимать большие решения, и одновременно плохо – потому что иногда хочется это сделать, а ты не можешь. Ты поймешь это, когда станешь старше. Только, пожалуйста, помни, что все вокруг старались принять за тебя самые правильные решения.

Лиам отстранился и вытер нос рукавом. И на этот раз я не стала делать ему замечание.

— Я люблю тебя, – проговорил он. – Это нормально, да?

— Совершенно нормально. – Я улыбнулась, хотя все вокруг расплывалось от невыплаканных слез. – Любви вообще не бывает слишком много.

Он кивнул, и мы вместе сложили в сумку для подгузников оставшиеся игрушки Джеймса. А потом вышли из дома, где на крыльце нас ждала Эллиот.

— Дальше я не пойду, – сказала я, целуя Джеймса в лоб. – Люблю тебя, малыш. Надеюсь, тебя не будет тошнить.

С этими словами я передала его в чужие руки.

— Ну, пойдем пристегиваться, – сказала Эллиот, направляясь к машине.

— Я позабочусь о Джеймсе, – пообещал Лиам.