Книга Академия Дракхана. Любовь против тьмы, страница 72 – Людмила Черныш

Девушка, не задумываясь о приличиях или о том, что это может быть опасно для ее собственной магии, забралась на кровать. Она легла рядом с ним на свободную половину, прижимаясь к его боку так осторожно, как только могла.

Ей было все равно, что Филип предупреждал об осторожности. Если Макс все это время дергал за невидимые ниточки, если это он подстраивал их ссоры и провоцировал приступы безумия Виталиона, то теперь все изменилось. После последнего их разговора в том жутком замке Виолетта поняла, что Макс совершил ошибку, недооценив их связь.

Если все именно так, как она догадывалась, если их любовь была для монстра лишь инструментом, то сейчас этот инструмент обернулся против своего создателя. Лежа рядом с Виталионом, она чувствовала, как их дыхание постепенно выравнивается, становясь общим. У них был шанс вернуть себе то, что было украдено этим существом. Их доверие, их покой и их будущее.

Они какое-то время просто лежали в тишине. Виолетта слушала мерный стук его сердца, который становился все более уверенным. Тьма в комнате больше не казалась враждебной, она отступила в углы, побежденная простым человеческим теплом. Виолетта приподнялась на локте и внимательно посмотрела на Виталиона. Его лицо казалось прекрасным и печальным одновременно.

В этот момент у нее возникло странное, непреодолимое желание поцеловать его. Это не было просто проявлением страсти. Ей казалось, что этот поцелуй должен стать окончательным исцелением, печатью, которую не сможет взломать ни одна древняя магия. Она медленно склонилась к его лицу, и Виталион, прочитав все в ее глазах, слегка приподнял голову навстречу.

Она поцеловала его. Нежно, едва касаясь губами, вкладывая в этот жест всю свою преданность и всю ту боль, что ей пришлось пережить. Виталион ответил на поцелуй, и в это мгновение Виолетта почувствовала, как по ее телу прошла волна чистой и искристой энергии. Это не был холод Макса, это было живое пламя дракона, которое не обжигало, а согревало. Казалось, что все в мире начало возвращаться на свои места. Осколки их разбитой жизни медленно, но верно начали срастаться.

А в это самое время далеко от их комнаты, в самой высокой башне академии, где располагался скрытый этаж Макса, было неспокойно. Парень стоял у огромного окна, за которым бушевала магическая буря, невидимая для простых смертных. Он замер, сложив руки за спиной, и его белые волосы слабо светились в полумраке.

Внезапно он дернулся, словно от резкого удара. Он почувствовал этот всплеск чистой любви и нежности, который прошил пространство академии, взламывая его аккуратно расставленные ловушки. Макс почувствовал, как его грандиозный и выверенный до мелочей план начал давать серьезные трещины.

Любовь Виолетты и этого дракона оказалась слишком сильной, слишком иррациональной силой, которую он, в своем холодном величии, не смог до конца просчитать. Она была тем самым неучтенным фактором, который теперь угрожал разрушить все здание его интриг.

Лицо Макса исказилось в гневной гримасе, превращая его безупречную красоту в нечто демоническое. Но гнев быстро сменился ледяной решимостью. Он не привык проигрывать. У него все еще было несколько козырей в рукаве, которые он еще не задействовал. Отказываться от Виолетты он не собирался. Для него она была не просто парой, а целью, ради которой он готов был поставить на карту само существование этого мира.