Книга Академия Дракхана. Любовь против тьмы, страница 71 – Людмила Черныш

Виолетта обвела взглядом комнату. Повсюду были расставлены странные артефакты, небольшие пирамиды из дымчатого хрусталя и медные чаши с тлеющими травами. Филип пояснил, что они создают защитный контур, который будет сдерживать любые внезапные всплески магии, не давая им вырваться за пределы помещения. Сейчас дракон был настолько истощен физически и духовно, что не представлял особой опасности ни для себя, ни для окружающих.

— Можно мне побыть с ним наедине? — голос Виолетты дрогнул. Она смотрела только на Виталиона, чувствуя, как внутри натягивается невидимая струна, связывающая их сердца.

Филип обменялся быстрым взглядом с Мелоди, которая стояла у окна. Девушка едва заметно кивнула.

— Хорошо, — ответил Филип, собирая свои вещи. — Мы будем снаружи, прямо за дверью. Если увидишь, что его магия начинает чернеть или он станет бредить, сразу зови. Если все будет спокойно, мы через какое-то время уйдем, чтобы не мешать. Ему сейчас нужно чувствовать твое присутствие, Виолетта. Это лучше любого лекарства.

Когда дверь за ними закрылась, комната погрузилась в тишину. Виолетта медленно, боясь потревожить спящего, подошла к кровати. Каждый ее шаг казался оглушительным. Она опустилась на самый край матраса, чувствуя, как прогибаются пружины. Ее руки дрожали так сильно, что пришлось сцепить их в замок, прежде чем она решилась коснуться его.

Дрожащими пальцами она осторожно провела по его ладони, лежащей поверх одеяла. Кожа Виталиона была сухой и горячей, словно внутри него все еще догорал невидимый пожар. Но как только кончики ее пальцев соприкоснулись с его кожей, Виталион вздрогнул. Его связь с ней была настолько глубокой, что даже через пелену лекарственного сна он мгновенно почувствовал ее присутствие.

Его ресницы дрогнули, и он медленно, с видимым усилием, открыл глаза. В первый миг его взгляд был блуждающим и расфокусированным, но как только он увидел склонившуюся над ним Виолетту, зрачки расширились. Их взгляды встретились, и в это мгновение казалось, что весь мир за пределами этой комнаты перестал вращаться. Исчезли стены академии, исчезли интриги Макса, исчезли страх и боль. Остались только они двое в коконе из тишины и заходящего солнца.

— Ты пришла… — его голос был едва слышным шепотом, надтреснутым и слабым.

— Как ты себя чувствуешь? — Виолетта закусила губу, стараясь сдержать подступающие слезы. Она крепче сжала его руку, делясь своим теплом.

Виталион попытался улыбнуться, хотя эта попытка явно причинила ему боль. В его глазах, лишенных сейчас той пугающей черноты, промелькнула искра прежнего и благородного пламени.

— Жить буду, — ответил он, судорожно вздохнув. — Раз ты здесь, значит, смерть подождет.

— Прости меня, — выдохнула Виолетта, и слеза все же скатилась по ее щеке, упав на его ладонь. — Прости… это все из-за меня. Если бы я не вернулась, если бы я не дала Максу повод…

Виталион резко, насколько позволяли силы, перебил ее, а его пальцы слабо сжали ее руку.

— Не смей, — твердо сказал он. — Я сам во всем виноват. Я позволил этой тьме взять верх, я не защитил тебя. Я… я был готов причинить тебе вред.

Он закрыл глаза на секунду, словно отгоняя страшные видения.

— Но как только ты вошла… как только ты оказалась рядом, мне сразу же стало легче. Тьма замолчала. Она боится тебя, Виолетта. Боится того света, который ты несешь.