Книга Академия Дракхана. Любовь против тьмы, страница 48 – Людмила Черныш

Наконец он заговорил. Его голос был ровным, лишенным прежней теплоты, но в нем слышалось странное, болезненное любопытство.

— Кто ты такая? И почему ты вызываешь во мне чувства, которые для меня лишние? Почему ты смотришь на меня так, словно мы знакомы вечность, и почему… — он сделал паузу, словно само признание давалось ему с трудом. — Почему у меня возникает ощущение, будто нас что-то связывает? Или связывало когда-то.

Виолетта молчала, не зная, что предпринять. Она была одна, лишенная защиты Макса, и понимала, что одно неверное слово, одна фраза, которая не понравится его темной сущности, и он может уничтожить ее в мгновение ока. Тьма внутри него была голодной и яростной, она не терпела слабости. Но в то же время это был ее единственный шанс. Шанс достучаться до того Виталиона, которого она любила, который когда-то обещал ее защищать.

Она сделала глубокий вдох, собирая последние крохи своего мужества.

— А что именно ты чувствуешь?

Он резко вскинул голову, и в его глазах на мгновение вспыхнуло багровое пламя.

— Мне не нравится то, что ты с тем парнем, — отрезал он, и в его голосе прорезались рычащие нотки. — Мне должно быть все равно, с кем гуляет студентка, которую я не знаю. Мне должно быть безразлично, кого он целует и кого обнимает. Но когда я вижу вас вместе, тьма внутри меня хочет разорвать его на куски. И это бесит меня больше всего.

Виолетта сделала робкий шаг вперед.

— А может… ты просто не помнишь? — тихо спросила она.

Виталион вопросительно вздернул бровь, и в этом жесте было столько прежнего, знакомого высокомерия, что у нее защемило в груди.

— Не помню? Что я могу не помнить? И как это что-то связано именно с тобой? Ты просто девчонка, которая появилась из ниоткуда под руку с каким-то заносчивым выскочкой.

Виолетта проигнорировала его колкость. Она видела, как он борется с собой, как его пальцы непроизвольно сжимаются в кулаки.

— Скажи мне честно… что ты чувствуешь прямо сейчас, глядя на меня?

Виталион сделал шаг навстречу, сокращая расстояние между ними до опасного минимума. Его аура обдала ее холодом.

— Я хочу уничтожить тебя, — прошептал он, склоняясь к ее лицу. — Я хочу стереть тебя из этого мира, чтобы ты перестала мучить мой разум своими взглядами и этим странным теплом, которое исходит от твоей кожи.

— Тогда почему не уничтожаешь? — Виолетта посмотрела ему прямо в глаза, не отводя взгляда. — Твоя магия сильнее моей. Тебе достаточно одного движения руки. Почему я все еще жива, Виталион?

Он замер. Его губы дрогнули, а серая пелена в глазах на мгновение стала прозрачной.

— Какая-то часть меня… она противится этому, — признался он с видимым усилием. — Она словно вцепляется в мои руки, не давая нанести удар. И это чувство… оно делает меня слабым. Я желаю узнать правду. Пока твоего друга отвлекают те люди, которых я подослал, у нас есть время.

Виолетта осознала, что это он подстроил ту стычку в коридоре. Значит, его душа, та ее часть, что не была окончательно очернена тьмой, все еще помнит ее. Она жаждет вернуть то, что у нее отняли. Это было тонкое, почти невидимое окно возможностей, и она не имела права его упустить.

Она подошла к нему совсем близко, почти вплотную. Медленно, стараясь не делать резких движений, Виолетта подняла руку. Ее пальцы нерешительно замерли у его щеки, а затем осторожно коснулись его лица. Кожа Виталиона была холодной, как лед, но под ее прикосновением он вздрогнул.