Книга Академия Дракхана. Любовь против тьмы, страница 47 – Людмила Черныш

Виолетта наблюдала за ними несколько секунд. Ей не хотелось быть свидетельницей очередной демонстрации мужского эго. Решив, что это отличный момент, чтобы ускользнуть и, возможно, найти Мелоди без надзора, она начала медленно отступать. Едва она развернулась, намереваясь быстро уйти в противоположный коридор, как мир вокруг нее внезапно изменился.

Она врезалась лицом в чью-то грудь. Твердую, как скала, и пахнущую так, что сердце мгновенно пропустило удар. Холодный туман и ночной лес. Этот запах она не спутала бы ни с чем.

Властные, сильные руки легли ей на талию, прижимая к себе с такой силой, что из легких выбило воздух. Виолетта подняла взгляд и замерла. Над ней возвышался Виталион. Но это был не тот отрешенный студент, которого она видела вчера. Его лицо было бледным, черты заостренными, а в глазах клубилась вязкая, черная тьма, которая буквально выплескивалась наружу.

Прежде чем она успела вскрикнуть или позвать Макса, тьма вокруг них сгустилась, превращаясь в непроницаемый кокон. Земля под ногами внезапно исчезла, возникло чувство свободного падения, а через секунду резкий толчок.

Они стояли в самой гуще старого сада академии. Здесь, вдали от учебных корпусов, природа жила своей жизнью. Высокие деревья с раскидистыми кронами смыкались над ними изумрудным сводом, сквозь который едва пробивались лучи утреннего солнца. Густые кустарники надежно скрывали их от случайных глаз, а тишину нарушало лишь заливистое пение весенних птиц и шелест листвы.

Виолетта резко отпрянула, вырываясь из его хватки. Ее сердце колотилось в горле. Она смотрела в его темные, непроницаемые глаза, в которых сейчас отражалось все небо магического мира, и не понимала, что происходит. Тьма вокруг него все еще пульсировала, но в ней больше не было той уничтожающей злобы, которую она чувствовала раньше.

Виталион молчал. Он просто стоял напротив нее, высокий и пугающий в своем величии, и смотрел так, словно видел ее впервые и в то же время знал каждую черточку ее лица тысячи лет. Его пальцы, которыми он только что сжимал ее талию, мелко подрагивали, а в вязкой черноте его взгляда на миг промелькнуло что-то человеческое. Искра безумной, отчаянной надежды, которую он сам боялся осознать. Воздух между ними стал настолько густым, что казалось, его можно резать ножом.

Тишина в глубине старого сада была почти осязаемой. Здесь, среди переплетения вековых дубов и дикого кустарника, звуки академии таяли, уступая место лишь робкому щебету весенних птиц. Виолетта стояла, прижавшись спиной к шершавой коре дерева, и чувствовала, как бешено колотится ее сердце. Виталион находился всего в паре шагов от нее. Высокий, властный, окутанный тяжелой, вязкой магией, которая, казалось, выпивала свет из окружающего пространства.

Она заговорила первой, потому что молчание давило сильнее, чем его пугающая аура. Голос ее дрожал, но прозвучал отчетливо в этой тишине.

— Что тебе нужно от меня? Почему ты меня похитил?

Парень ответил не сразу. Он просто стоял и смотрел на нее, и этот взгляд был тяжелее свинца. В его глазах, подернутых серой дымкой тьмы, происходила какая-то невидимая борьба. Он словно сам пытался найти ответы в ее чертах, в глубине ее зрачков, в том, как дрожали ее ресницы. Его лицо оставалось холодным, но в позе чувствовалось предельное напряжение.