Книга Тихий дом в Кедровом тупике, страница 29 – Анна-Лу Уэзерли

— Его ударили ножом? Закололи? – Судя по виду, эта информация вызывает у нее искреннее удивление. Я внимательно наблюдаю за ее лицом.

— Да, восемнадцать раз в грудь и в живот.

Ее глаза расширяются.

— О господи… – Она прячет лицо в ладонях. – Закололи…

— Миссис Миллс, возможно ли такое, – в быстром темпе продолжает Дилейни, – что вы убили своего мужа в приступе ревности? Вы недавно узнали о ребенке, не так ли? О том, что у вашего мужа ребенок от любовницы. Это вывело вас из себя? В тот вечер ваш муж шел к вам с намерением вручить вам бумаги на развод, верно?

Когда она поднимает голову, мне кажется, я снова вижу проблеск изумления на ее лице, а может, это просто шок. Она качает головой.

— Нет… нет… – Она плачет. – Я не помню… я вырубилась… я… я… заснула. Я, должно быть… Я ждала его… «Веллингтон»… Он… не пришел… – Ее лицо искажают страдание и глубокие переживания.

Дилейни слишком сильно давит на нее, слишком быстро скачет вперед, и мне это не нравится. Совершенно очевидно, что она плохо соображает, а мне сейчас нужно, чтобы Лори Миллс мыслила трезво.

— Все в порядке, Лори, – говорю я, прежде чем Дилейни успевает снова наброситься на нее. – Просто расскажите нам, что вы помните.

Дилейни раздраженно косится на меня, но я делаю вид, будто не замечаю этого. Придурок.

— Расскажите нам все с самого начала, расскажите все, что помните о том дне, о вчерашнем дне. Начните с того момента, как вы проснулись утром, и до того момента, когда увидели своего мужа в ванной. Не спешите, Лори. Рассказывайте во всех подробностях. – Я ободряюще киваю ей и стараюсь, чтобы мой голос звучал тихо и спокойно, – то есть являю себя полной противоположностью Дилейни, который в нетерпении подался вперед над столом, напоминая льва, кружащего вокруг раненой антилопы.

Лори обхватывает себя руками. Она такая худенькая, что может обхватить себя всю. Я внимательно изучаю ее. Она привлекательная женщина, несмотря на припухшие от слез глаза и покрасневшую кожу. Возможно, она даже красивая, и я неожиданно вспоминаю фотографии, черно-белые художественные снимки обнаженной натуры, которые висят на стене в гостевой, в той комнате, где мы нашли Роберта.

— Все в порядке? – спрашиваю я. – Начинайте, как только будете готовы. Вы пережили страшный шок, и я знаю, как вам тяжело.

Она устремляет на меня благодарный взгляд больших карих глаз. Я узнаю в них то, что не раз появлялось в моих, – скорбь и боль.

Она набирает в грудь больше воздуха и смаргивает слезы.

— Я пошла за покупками, – говорит она. – Роберт… в общем, он собирался прийти, прийти в дом. Он сказал, что хочет поговорить. Утром, в то утро, прислал мне сообщение, спрашивал, можно ли ему прийти.

Ее телефон у криминалистов, и они скоро смогут подтвердить это.

— Лори, вам известно, о чем он хотел поговорить? – Я стараюсь говорить с ней ласково, подвигнуть ее к тому, чтобы она раскрылась. Я не хочу, чтобы Дилейни набрасывался на нее. Пока, во всяком случае. Я хочу сначала оценить ее. Если он не будет соблюдать с ней осторожность, подозреваю, миссис Миллс захлопнется, как раковина.

— Нет… он просто сказал, что нужно поговорить. Мы давно с ним не виделись…

— Как давно?

— Несколько недель, может, пару месяцев… С тех пор как… – Она замолкает, глядя на меня. – С того дня, когда устраивалось барбекю…