Книга Шамабад должен гореть!, страница 67 – Артём Март

— Только шапка будет плохо сидеть! — Не удержался Смольняк и рассмеялся, но тут же притих пот тяжелым взглядом Тарана.

Правда, шеф и сам держался недолго. Спустя мгновение он залился хохотом. За ним снова заржал и Смольняк. Я тоже сдержанно рассмеялся.

Танковый экипаж медленно показал головы из башни. Некоторое время они смотрели в сторону задранной к кишлаку пушки. Потом, почти синхронно, все трое: капитан Жуков, наводчик — старший лейтенант Задоркин и заряжающий —лейтенант Комков обернулись к нам.

Когда они увидели смеющихся погранцов и замполита, ощупывающего голову, на их лицах отразилось искреннее недоумение.

Сначала в распахнутые ворота въехала заставская шишига. За ней еще одна, которая прибыла из отряда, чтобы доставить наших на обмен пленными. Погранцы стали выгружаться.

— Смотри, вон Клим, — кивнул Стас, когда я чистил Булата, а он просто сидел за забором питомника и болтал со мной о том о сем.

Пограничники отправились к разряжалке, у которой их уже ждал дежурный.

— Интересно, а папку он к нам в гости привез? — Ухмыльнувшись, спросил Алейников.

Я выпрямился. Булат обернулся, чтобы посмотреть, что же там такое происходит.

— Сомневаюсь, — сказал я холодно. — На Климе лица нет.

Мы со Стасом переглянулись. Стас сделался каким-то обеспокоенным.

— Пойду спрошу, — сказал он.

— Не надо. Не встревай. Там что-то не так.

— Я быстро! — Алейников побежал к разряжающимся погранцам.

— Стас! — Крикнул я и нахмурился, — вот балбес.

Я торопливо завел Булата в вольер, сам направился вслед за Алейниковым.

— Клим, ну че? — С идиотской улыбкой спросил он, когда встретил Клима, шедшим к оружейке.

— Стас! — Подоспел я.

— Отвали! — Зло бросил Клим Стасу.

— Клим, ты чего? — Удивился Алейников и попытался взять его за плечо.

Внезапно Вавилов взорвался от злости и просто толкнул Стаса в грудь.

— Я сказал, отстань! Отвали!

— Э! Э! — Крикнул я и встал между разозлившимся Климом и недоумевающим Стасом, — Тихо! Тихо, я сказал!

— Убери от меня этого клопа приставучего! — Кричал Клим, — чего он ко мне прицепился⁈ чего ему надо⁈

С этими словами он указал на застывшего позади меня Стаса.

— Слышь, Вавилов, ты чего, обурел? — Зло заговорил Алейников, — за такие слова, я ведь могу и в харю дать.

— Ну, так попробуй!

— А мож и попробую!

Стас было кинулся к Климу, но я его остановил, толкнул в грудь.

— Назад, Стас.

— Ну ты слышал? чего он городит⁈

— Назад!

— Че, струсил? да⁈ Струсил⁈ — Кричал Клим.

Я отпихнул Стаса, решительно пошел на Клима. Тот на меня. Казалось, ему было без разницы, с кем затеять драку.

— Успокойся, — бросил я строго.

— Да иди ты к чертовой матери, Селихов! — Крикнул Клим.

Я толкнул его в грудь.

— Я сказал, Успокойся!

Клима отбросило, и он отступил на шаг. Тогда я схватил его за ворот бушлата, встряхнул.

— Ты в своем уме⁈ — Закричал я на Вавилова, заглянув ему прямо в глаза.

Искаженное жгучей яростью лицо Клима вмиг изменилось. На глаза ему навернулись слезы. Клим отвернулся.

— Пусти…

— Если обещаешь не буянить.

— Пусти, пожалуйста, — после недолгого молчания, сказал Клим, — я… я обещаю.

Я отпустил.

Все произошло так быстро, что погранцы успели заметить заварушку, только когда она уже закончилась. Стали стягиваться к нам, чтобы разузнать, в чем тут дело. Потом собрались полукольцом вокруг.