Книга Смертельный дозор, страница 79 – Артём Март

— Надеюсь, сюда не доберутся, — сказала Наташа, настороженно оглядываясь куда-то в сторону шумевших на вырубке солдат.

— Не должны, — ответил я, подсаживаясь к ореху, со стороны норки.

— Близко ты подошел, Саша, она не…

Наташа, уверенная, что лисица нам не покажется, вдруг удивленно замолчала, видя движение в норе.

Муська высунула остренькую, черноносую мордочку. Замерла принюхиваясь.

— Она уже привыкла к людям, — сказал я. — Знает, что если приходят они, то с ними всегда появляется и еда.

Я аккуратно скинул вещмешок, достал оттуда банку собачьих консервов, что на заставе парни добавляли в кашу нашим мохнатым погранцам. Взялся за штык-нож.

— Вот, — шепнула мне Наташа, протягивая свой складной ножик, — там есть открывалка.

Я принял ножик, и Наташа коснулась моей руки. Покраснев, смущенно спрятала взгляд.

Вскрыв банку, я медленно поставил консервы в полуметре от норы. Сам отошел немного и уселся на землю прямо напротив норы.

— Что? Уже не боится? — Наташа подошла ко мне, опустилась рядом, на корточки.

Лиса пошевелила носом. Вылезла на полкорпуса и опасливо прислушалась.

— И правда… Не боится… — Прошептала Наташа.

Муська аккуратно вышла из норы, и Наташа снова шепнула:

— Не хромает.

— Угу, — кивнул я с улыбкой.

Лиса, уже осмелевшая, подбежала к банке, стала жадно есть вкусные мясные консервы.

— Какая она стала пухленькая, — сказала Наташа, имея введу раздавшиеся бока лисицы.

С этими словами она тоже присела на сыроватую лесную подстилку, рядышком со мной.

— Она не пухленькая, Наташ.

Девушка удивилась, потом нахмурилась и глянула мне в глаза.

— Хочешь сказать?

— Да. Щенная она. Скоро выведет лисят. Потому мы с парнями ей дневную норму питания и подняли.

— Теперь она точно перезимует, — сказала девушка и придвинулась ближе ко мне, коснулась бедром моего бедра. Прошептала: — Спасибо, Саша.

— Не за что, Наташ, — ответил я и нежно обнял ее за талию.

Наташа прижалась ко мне, словно воробушек. Я почувствовал тепло ее молодого тела.

— Смелый, сильный, — замурлыкала она, — добрый. Животных любишь. Чего мне еще о тебе надо узнать?

— А что ты хочешь? — Тихо спросил я.

— Ну… Например… Ждет ли тебя дома какая-нибудь девушка? А то мало ли…

— Нет. Не ждет.

— Серьезно? — Наташа изобразила удивление, но в глазах ее я увидел счастливое чувство облегчения.

— Серьезно.

— Такой красавец, парень хоть куда. Пограничник… И не ждет?

— Нет.

— Никогда не поверю, — рассмеялась Наташа тихонько.

— Ну… — я хитровато приподнял бровь, — если задуматься, то кое-кто, все же ждет. Вернее, ждал

— Это кто же? — Наташа снова сделала вид, что удивилась.

— Ты. Сегодня. У маршрута.

Наташа опять рассмеялась и, положив мне голову на плечо, нежно прошептала:

— Дурачок ты, Сашка.

Так и сидели мы с Наташей, прижимаясь друг к другу. Сидели и наблюдали за Муськой, с аппетитом уплетавшей консервы.

В тот момент я будто бы до конца прочувствовал, что вернулся в молодого себя. Что Наташа тут, и моя жизнь действительно началась заново. Правда, теперь, вместо непоседливой юной души, какая была у меня когда-то, в груди поселилось спокойная уверенность. Теперь все будет хорошо. Теперь, чтобы ни случилось, жизнь моя пойдет по иному пути. По тому, что я уже начал сам себе прокладывать.

Внезапно Муська оторвалась от банки, приподняла головку и навострила уши. Глянула куда-то вправо.