Книга Молот Тельхинов, страница 57 – Дмитрий Емец

Пока волхв разбирался с дверью, секайлы готовились. Один раскручивал серебряную цепь с тяжёлыми шарами. У другого оказались три коротких сулицы^[11] с древками из осины и зазубренными наконечниками. Герцог вспомнил, что как-то видел подобные сулицы в магической лавке с бирками: «Кол метательный, усовершенствованный». Что касается Эдвина Слонёнка, он доверял только своей рогатине. Правда, и на неё он прежде пошептал и чем-то тщательно её обмазал.

— Яд? – спросил Герцог.

— Пожалуй, и похуже яда. Кончили мы как-то одного паучилу, который мертвяками самодвижущимися питался. Так это вот его подарочек… – отозвался секайла.

Герцог оглянулся на Мировуда. Того рассказ о яде паучилы, кажется, не слишком впечатлил.

— Готово! Дверь рухнет от лёгкого толчка! Мы с Герцогом войдём первыми! – сказал волхв.

Эдвин Слонёнок цокнул языком.

— Ну уж нет! Посохом молнии пулять – это не дело. Первыми пойдём мы… На мягких лапках прокрались, нежить втихую кончили. Нежить-то она частенько не готова к бою бывает. Нажралась и спит себе месяцев по шесть. Тут-то и самое время с ней разобраться.

Волхв понимающе кивнул.

— Если дело в самоцветах, они все ваши. Но кубок не должен пострадать.

Эдвин Слонёнок сплюнул. Секайлы мало кому верят, но память у них хорошая.

— Лавой, говоришь, затопит? Что ж, услыхали, не глухие! Давай, ребятки! Шустренько! Не ковыряемся!

Перехватив рогатину, Эдвин вышиб ногой дверь и первым ринулся внутрь. За ним вбежали все секайлы, кроме Кролига. Тот тоже бросился было в пещеру, но Мировуд, придержав его за плечо, дохнул ему в нос и легонько хлопнул ладонью по глазам. Кролиг обмяк и точно уснул. Волхв подхватил его и оттащил в тёмный угол.

— Не переживай! Я сделал это для тебя. Скоро очнётся, – шепнул он изумлённому Герцогу.

Тот хотел его о чём-то спросить, но волхв оскалился и, вскинув палец, стал прислушиваться к происходящему. Ожидался бой, но внутри всё было тихо. Слышно было, как секайлы тихо переговариваются и что-то шуршит у них под ногами. Голоса секайл становились всё громче, потом кто-то коротко и радостно вскрикнул. На него шикнули и, кажется, заткнули ему рот.

— Теперь скоро. Держи! Следи, чтоб он не закричал раньше времени! – негромко сказал Мировуд и передал Герцогу мешок с петухом. Тот не только не захлебнулся в воде, но странным образом ощущал прилив сил: барахтался в мешке и хлопал крыльями.

— Идём, пока они не добрались до кубка! – велел Мировуд и, качнув посохом, отчего камень ярко вспыхнул, шагнул в пещеру.

Оказавшись внутри, Герцог едва не ослеп. Сияние посоха дробилось во множестве самоцветов, покрывавших пол сокровищницы толстым ковром. Секайлы пока держались вместе, держа наготове оружие. Вот только против кого пускать его в ход, было неясно.

Постепенно они начали разбредаться по пещере. Камни покрывали пол неравномерно. Где-то они вздымались, как волны, обтекая сохранившийся сундук, где-то образовывали углубление. Рядом с крупными изумрудами лежали змеевики и лабрадоры^[12]. Переливались жемчуг, лунный камень, агат и бирюза. Сверкали рубины и сапфиры, перламутр, оникс и опалы.

Секайлы опьянели от сокровищ. Падали животами на камни, хохотали, загребали их руками. Набивали мешки самоцветами, а потом их выбрасывали, чтобы набрать более ценных. Двое секайл ухитрились подраться из-за крупного рубина. Один с руганью подмял под себя другого и занёс уже было нож, но Эдвин Слонёнок пнул его в плечо ногой и замахнулся рогатиной.