Книга Какао для ведьмочки, страница 61 – Кира Русова

— Куда? – опешила Зинка.

— В аудиторию! Вон уже открыли, – видимо, вспомнив, что не хочет нарываться на гнев старосты, ретировалась Повидлова.

У меня руки чесались наколдовать Шуваловой в сумке мышь, чтоб она посреди лекции завизжала, бегая кругами по аудитории. Или на час сделать ее невидимой, чтобы преподша отметила, что Шувалова отсутствует. Вот умора была бы! Но, осознав, что я не смогу насладиться перекошенным от удивления лицом Зинки, когда она будет прыгать перед преподшей, остановила свой выбор на заклинании «безголосой собаки». Вас, наверное, заинтересовало, почему это именно собаки? А вы хоть раз слышали голос осипшей от лая псины? Нет? Поверьте мне, этот хриплый скрип идеально подошел бы нашей старосте.

Уже войдя в аудиторию, Зина поняла, что с ее голосом что-то не так, когда вместо привычного «Здравствуйте», адресованного преподше, из ее горла вырвался рваный звук: «Ау… уй… хе…» Я еле сдержала смех, когда Шувалова снова попыталась произнести что-то, а затем, прикрыв рот руками, побежала на свое место с выпученными глазами.

— Что это с ней? – удивился Кружкин, когда мимо нас пробежала Зинка.

— Так много болтала, что язык проглотила, – хихикнула Катя.

Арсений, как обычно, сел через парту от меня и сразу же углубился в лекцию по методологии проектирования. А ведь он так и не поздравил меня с днем рождения. Я посмотрела в окно и, заметив Клару, показала ей язык. Ворона не осталась в долгу и, повернувшись хвостом, принялась выкаркивать довольно неприличные выражения. Я отвернулась, чтобы не слышать воронью брань, принялась отстукивать ритм ручкой и напевать.

— «Дай мне этот день. Дай мне эту ночь…» Тьфу ты! – возмутилась я на песню, осознав, как ко мне привязалась песня. – Глупая какая! – имела в виду я ворону, из-за которой я и вспомнила эту мелодию.

— И ничего не глупая. Моя мама ее любит, – сделав свои выводы, Катька встала на защиту творчества группы «Браво». – А ты что, влипла в него? – с хитринкой посмотрела на меня подруга.

— В Сюткина? – сказала я, делая вид, что увлечена лекцией.

— Ты знаешь, о ком я, – не отставала она.

— Что ты! Он старше моего папы. Точно не вариант, – я впилась глазами в доску.

— Так значит, он тебе нравится! – взвизгнула Катя и вытаращилась на меня.

— Не ори ты так! Не нравится мне никто! И вообще! Отстань от меня! Лекцию мешаешь слушать, – отвернулась я от нее.

— Бубликова, кажется, ты и вправду втюрилась, вон щеки как покраснели! Я же даже не сказала о ком, а ты уже защищаешься, – хихикнула подруга.

— Вот еще! Если я влипла в репейника, тогда ты – идеальная пара с Кружкиным! – резко повернувшись к подруге, я кивнула на рыжего.

— Вы там обо мне? – тут же передо мной появилось довольное лицо Петьки.

— Про тебя, про тебя, Петенька! Решаем вот, что надеть на свадьбу! – разгорячилась я, игнорируя пинок ногой от Катьки.

— На чью? – веснушчатое лицо Кружкина вытянулось.

— На вашу с Катей! Чью ж еще! – хмыкнула я.

— Ну тебя, Бубликова, – покраснев, Петя глянул на Повидлову и отвернулся.

Я победоносно посмотрела на подругу, которая покрутила пальцем у виска.

— Как думаешь, позвать Арсения? – спросила я, когда пара подходила к концу.

— Куда? – явно не понимая, к чему я клоню, Катя смерила меня подозрительным взглядом.