Книга Хозяйка пряничной лавки 3, страница 74 – Наталья Шнейдер

Или позвать его к столу? На этой мысли я затрясла головой.

Нет уж. Я хотела тихий семейный вечер, Петр Алексеевич к моей семье не относился. И вечное это наше бабье желание подкормить одинокого мужчину — без всякой задней мысли, без всякой, я сказала! — следовало оставить в прежней жизни.

Если ему понадобится ужин, я готова поставить вторую утку лично для него и залить отдельную миску холодца. Испытывать его вкусовые рецепторы «шубой», пожалуй, не стоит. И тем более не стоит приравнивать постояльца к моей семье за праздничным столом. Хватит и княжеского, за которым мы неминуемо встретимся.

Не успела я потопать ногами на крыльце, сбивая снег с валенок, и отрясти веником подол, как дверь распахнулась.

— Барыня, ходят и ходят весь день! — воскликнула Нюрка. — Записочки несут. На словах просят передать: «Ежели вас не затруднит после ночного происшествия». А девки-то, с которыми записки присылают, так по сторонам глазами и шмыгают! Будто выглядеть что хотят. И все расспрашивают, что да как.

— Что ты сказала?

— Сама ничего не сказала и Парашке заповедала: что в доме происходит, то за порог не выходит. Все живы, все здоровы, слава Богу, а болтать некогда, барыня праздной болтовни не любит.

— Молодец.

— Еще две барыни заезжали, с визитом, карточки оставили.

Визиты эти придется возвращать. Надеюсь, мне простят, если я сделаю это уже после Солнцеворота. Потому что, судя по кипе записочек, которые передала мне Нюрка, до него мне и продохнуть некогда будет. Неважно, было ли дело просто в любопытстве или, как и в нашем мире, многие спохватились с покупками только в последние дни перед праздником. Важно, что полпуда пряников вынь да положь. Хоть не пуд, как на ярмарку, и руки у Парашки зажили, будет помощи больше. Удивительно быстро зажили, если подумать, но приличного объяснения для этого у меня не было, поэтому оставалось только добавить этот факт в ту же копилку, что самовосстановившуюся лавку и белку, умеющую ходить сквозь стены. Кто знает, что нормально, а что нет в мире, где есть магия?

Переодевшись в домашнее у тетки в комнате, я спустилась на кухню. Вчетвером с тестом справились быстро. Оставив его отдыхать, как всегда, я вернулась в свою комнату.

Вонь шибанула с порога, холод пробежал по ногам, несмотря на закрытые ставни. Выругавшись, я распахнула их: все равно не спасает, но хоть оценю масштаб катастрофы при дневном свете. Утром я уже пробегала через комнату, однако оглядываться было некогда. Добралась до сундука, достала платье, которое не стыдно надеть в присутствие, и все.

Штора лежала на полу бесформенным комом. Мой халат где-то прогорел насквозь, где-то просто подпалился, в дыры выглядывала почерневшая и сбившаяся от воды в ком вата. Край одеяла почернел, на полу тут и там подпалины. И осколки, везде осколки.

— Могло быть и хуже, — сказала я вслух. — Все живы. Остальное поправимо.

Луша, сидящая на моем плече, согласно цокнула.

— Нюрка, Парашка, — кликнула я. — Сходите к постояльцу, спросите, когда дозволит его спальню прибрать и помыть.

А со своей я пока сама разберусь.

Только прежде чем начинать уборку надену, пожалуй, валенки, да обвяжусь платком крест-накрест. Ставни были закрыты — не то исправник велел, закончив осмотр, не то тетушка решила, что так лучше, чем совсем без стекол. Толку правда было чуть — ветер отчаянно свистел в щели. В самом деле, деревянные створки должны были отгородить комнату от лишних глаз и возможных воров, а не держать тепло любой ценой.