Книга Хозяйка пряничной лавки 3, страница 48 – Наталья Шнейдер

— Слушаю.

Язык отнялся, но я все же смогла выдавить:

— Спасибо вам. Огромное спасибо. Вы сегодня многое для меня сделали.

Три простые фразы выглядели до смешного неуклюжими и, конечно же, никак не могли вместить суд, выпись, Гришина, серебро, Малые Ключи и девять тысяч признанного Ветровым долга — и неважно, что эти девять тысяч я, скорее всего, не получу никогда. И отдельное спасибо за то, что хотя бы по поводу этих самых Ключей меня спросили — согласна ли я.

— Не стоит, Дарья Захаровна. Княгиня Северская сообщила мне, что, если бы не вы, я не дожил бы до ее приезда. Сегодняшними хлопотами этот долг едва ли исчерпан.

Вот и говори с ним по-человечески.

— Не делайте вид, будто я вытряхнула из вас вексель, обеспеченный вашей собственной жизнью.

— Нет, я сам его вам выдал. Не люблю быть должным.

Пальцы скомкали край бумаги. Я заставила себя разжать их. В груди жгло, и щипало глаза.

— Ну слава богу, а я-то уж испугалась, что вы просто решили мне помочь.

Он ответил не сразу.

— Одно другому не противоречит.

— Еще как противоречит, — огрызнулась я. Он вопросительно посмотрел на меня, и я махнула рукой. — Неважно.

Человеку, который привык мерить все на свете цифрами и долговыми расписками, все равно не объяснить. Тем более что я сама не знала, каких именно слов от него ждала. Но уж точно не о долге и обязательствах.

— Лучше скажите, если у меня теперь есть земля, могу ли я торговать произведенным на ней продуктом как дворянка, не оформляя гильдейское свидетельство?

Потому что, если мы будем просто сидеть и молчать, глядя друг на друга, к концу пути в живых останется только один. И это будет не каменюка.

Громов снова замолчал, но сейчас это молчание не выглядело тяжелым. Ревизор погружался в свою стихию, и я почти слышала, как в его голове шелестят страницы указов, манифестов и прочих местных законов.

— Можете, — сказал он.

Надо было радоваться, но что-то в его тоне мне не понравилось.

— В чем подвох?

— Смотря что вы понимаете под подвохом. Дворянам не запрещено устраивать в своих владениях фабрики и заводы, использовать как собственное, так и покупное сырье и продавать изготовленное.

— То есть пряники я могу печь исключительно в Малых Ключах?

И даже если там найдется подходящая печь, в себестоимость придется закладывать расходы на логистику. У меня зачесались руки немедленно взять перо и посчитать.

— Именно так, — подтвердил Громов.

— И продавать их в своей лавке?

— Продавать исключительно оптом купцам.

А вот и подвох.

— То есть я смогу продать пуд пряников, выпеченных в печи барской кухни в Малых Ключах, купцу. — Если там вообще есть барский дом и барская кухня. — Но не могу продать один пряник деревенской девчонке?

— Вы имеете право продавать пряники местным жителям для их хозяйственных нужд. Открыть торговое заведение в деревне без гильдейского свидетельства вы тоже не можете.

Я попыталась представить, как могут выглядеть хозяйственные нужды, требующие покупки пряников. Воображение забуксовало. Устало, наверное, так же, как и я.

— Давайте еще раз проверим, правильно ли я все поняла. Соблюдая закон, я не имею права испечь пряники там, где мне удобно, чтобы их продать. Если я испеку их там, где мне неудобно, я буду иметь право продать пуд пряников человеку с гильдейским свидетельством, который перенесет их через порог моего дома и сможет тут же продавать по одному из короба на плече, накинув процент к цене.