Книга Предсказание, страница 43 – Villa Orient

— Не хочу быть инкубатором.

— Марина, если смотреть на это под таким углом, то можно совсем остаться без желаний. В жизни бывают разные обстоятельства и обязательства, на которые мы не можем повлиять, но в наших силах решить, как к ним относится.

— В твоих силах не вынуждать меня.

— Разве я тебя заставлял?

Он снова подошёл ко мне, зарылся пальцами в волосы на затылке, так что я подняла голову. Он опять меня поцеловал, нежно захватывая губы, а его рука скользнула по груди, отчего сосок напрягся, а тело опять начало откликаться на ласку. И я поддавалась, пока он не прекратил действия.

— Если смотреть на это под таким углом, то у меня к тебе не может быть никаких претензий. Ты не отвечаешь на мои вопросы, ты задаёшь мне новые.

— Потому что ты знаешь ответы на все свои вопросы, просто не хочешь сама себе поверить, не хочешь об этом думать. Хочешь, чтобы за всё ответил кто-то другой.

— Но ты и должен отвечать! Ты ведь меня похитил!

— Да, и я не могу тебя отпустить, Марина.

— Или не хочешь?

— Или не хочу, что в моём понимании — одно и то же. Это к вопросу о ценности твоей жизни.

— Откуда тебе знать, что так и должно быть?

— Я не верю в совпадения, Марина, чтобы ты ни думала о моём невежестве. Я встретил тебя не просто так, и моё предсказание не пустой звук. Мы всегда находимся именно там, где должны быть. И делаем то, что должны, часто не понимая причин, нас приведших.

— Расскажи, как ты приехал сюда? Разве не хотелось тебе вернуться в родной Грозный, хоть жизнь там, может быть, и не такая роскошная?

— Я не люблю это обсуждать. Я никогда не спрашивал мать, каково ей было наложницей, потому что она сама не рассказывала. Подозреваю, не просто. Мой отец был не простым человеком. Я был пятнадцатилетним пацаном. Вчера гонял мяч с друзьями во дворе, а сегодня оказался единственным сыном эмира с массой обязанностей, которые надо освоить экстерном. Но дай я тогда слабину, никогда не стал бы тем, кто я есть.

— А ты доволен тем, кто ты есть?

— Характер не даёт сбить себя с принятого пути. Я во всём преследую свои цели и интересы. Я сохраняю во всех своих действиях согласие с самим собой. Попадая в те или иные обстоятельства, мы или становимся сильнее, или ломаемся. Я стал сильнее, умнее, опытнее. Я получил власть, взял то, что мне причитается не только по рождению, но и по праву сильного. Я делаю то, что и так делал бы, в другом месте, в другое время, по-другому, но творил бы то же самое. Если бы я встретил тебя при других обстоятельствах, то всё равно получил бы или завоевал, как тебе больше нравится. Титул эмира не имеет значения.

— Вот как…

Он понял, что я не хочу развивать тему и перевёл её:

— Тебя всё ещё мучают кошмары?

— Да.

— Моя дверь не запирается так же, как и твоя.

Он ушёл, мягко прикрыв за собой дверь. А я осталась наедине с размышлениями о смысле жизни. Я была слабохарактерной, готовой даже расстаться с жизнью, чем противостоять обстоятельствам. Характер формируется в борьбе, а человек создаётся препятствиями. Я — то, что было создано в результате ранней гибели родителей. И сейчас я не могу пережить ещё одно препятствие.

Мне нужно было уехать.

Во-первых, меня ждали дела. Нужно было уже давно уладить одну сделку, требовавшую моего личного присутствия. Во-вторых, мне нужно было разобраться в чувствах к Марине. И решить, что делать дальше, будучи от неё подальше. Рядом с ней я не всегда могу мыслить трезво. Страсть меня сжигает.