Книга Реквием блондинке, страница 32 – Джеймс Хэдли Чейз

Диксон, редактор «Кранвиль газетт», показал мне три снимка девушек, сделанные фотографом из «Фото на бегу». Я отправился в редакцию, как только понял, с каким противодействием мне предстоит столкнуться. Во время разговора Диксону позвонили и велели помалкивать, но кое-что я успел выяснить. А именно: Исслингер не думает, что Одри Шеридан сумеет раскрыть это дело, и нанял ее для отвода глаз.

Обнаружив платок, я снова пошел в редакцию, но меня опередила неизвестная особа. Когда она уходила, мы столкнулись, и она вывела меня из строя каким-то японским приемом. Пока я был без сознания, женщина забрала у меня платок. Придя в себя, я обнаружил, что Диксон убит: минут десять назад кто-то удавил его шнурком. Все три фотографии исчезли. Возможно, это дело рук той женщины, хотя дамы обычно не душат своих жертв шнурками. С другой стороны, мастерское владение джиу-джитсу – тоже не дамский профиль. Так что фотографий и платка у меня больше нет. А ведь этих улик было достаточно, чтобы передать дело агентам ФБР. Что касается женщины, она определенно выставила меня дураком. Может быть, то была Одри Шеридан или же одна из приспешниц Старки. Пока не знаю, но выясню.

Сегодня утром ко мне заходил шеф полиции Мейси со своим подручным. Строил из себя крутого парня, но не очень успешно. Думал, я что-то прячу. Подручный обшарил мой номер так, словно искал что-то важное. Не знаю, что он хотел найти: то ли фотографии, то ли платок. Я дал понять, что у меня есть важные улики против Старки. Будет полезно продолжать в том же духе, иначе самочувствие мое может радикально ухудшиться.

Копы сказали, что Диксон скончался от сердечного приступа. Здесь одно из двух: или Старки убил Диксона из-за фотографий, а полиция его покрывает, или же копы не желают, чтобы в шумихе из-за убийства редактора городской газеты четвертое похищение осталось бы незамеченным. Старки и Мейси это невыгодно: они хотят хорошенько растревожить Кранвиль.

Городок уже закипает. У этой кастрюли вот-вот сорвет крышку, и тогда начнутся настоящие беспорядки. Насколько я понимаю, вы берете с Вульфа надбавку за вредность? Мне бы не хотелось рисковать жизнью по обычным расценкам. И по специальным тоже. О развитии событий сообщу. Если у вас под рукой есть церковная свечка, самое время зажечь ее за мое здравие. Духовная поддержка мне не повредит.

Когда я подписывал письмо, раздался телефонный звонок. Звонил Тед Исслингер.

— Привет, – сказал я.

— Что-нибудь узнали? – Его голос казался тоненьким и очень далеким.

— Пока нет, но скоро узнаю. – Тут я подумал, что нас могут подслушивать, и продолжил: – Ничего не говорите. Сегодня я сам к вам заеду. Хотя стоп, один вопрос: в городе есть женщины, знающие джиу-джитсу?

— Что-что? – озадаченно переспросил он. – Прошу прощения?

Я повторил свой вопрос.

— Джиу-джитсу?

— Угу, – подтвердил я.

— Есть. Когда-то этим единоборством занималась Одри Шеридан. Ее учил отец. Может, и до сих пор занимается. Не знаю. А что такое?

— Ничего, – сказал я и повесил трубку.

Прошагав по ухоженной зеленой лужайке, я снова оказался у кирпичного портика с остроконечной крышей и позвонил в звонок.

Дверь открыл все тот же молчаливый слуга с пронзительным взглядом.

— Доброе утро, сэр, – сказал он. – Мистер Вульф у себя.