Книга 44–ая реинкарнация злодея, страница 92 – Алекс Го

Его взгляд скользнул по Хань Яну, и тот почувствовал странный, ледяной холодок вдоль позвоночника. Затем прозрачные глаза уставились на Су Лили:

— Ты… тебя здесь не должно быть. Ты из другого мира, - прошептал он, глядя на учительницу. Потом его взгляд медленно, неохотно вернулся к Хань Яну. - А ты весь в крови.

У Хань Яна перехватило дыхание. Не от страха - от яростного возмущения. Кто этот нищий щенок, чтобы вот так запросто озвучивать чужие тайны? Рука сама потянулась к мечу.

Но Су Лили опередила его. Она сделала шаг вперед, поставив себя между мальчиком и его преследователями, которые уже почти настигли его. И этого шага оказалось достаточно.

Она не повысила голос. Он остался мягким, мелодичным, но в нем появилась стальная твердость, которую Хань Ян слышал лишь тогда, когда она говорила с другими мастерами ордена.

— Что происходит? - спросила она, и ее вопрос, тихий и отчетливый, заставил толпу нападавших замереть на месте.

Обычная женщина их вряд ли бы остановила, но с заклинательницей они связываться боялись. И тем не менее, один из мужчин - краснолицый мясник с засученными рукавами - выступил вперед:.

— Отойди, госпожа! Это демон! Он сглазил моего сына - ребенок с тех пор бредит и горит в лихорадке! Он приносит несчастья! Всем известно!

— Он посмотрел на лавку гончара Ли, и на следующий день она сгорела дотла! - крикнул кто-то из толпы.

Остальные тоже осмелели и начали говорить про то, как мальчишка их сглазил.

Су Лили выслушала это все, не двигаясь. Ее лицо было спокойной, почти отрешенной маской. Затем она медленно обвела взглядом собравшихся. Ее глаза, обычно теплые и насмешливые, стали холодными и бездонными, как глубины океана. В них вспыхнули крошечные искры чистейшей Ци, и от этого безобидная, утонченная красота внезапно стала пугающей и вселяющей трепет. Даже самые яростные обвинители невольно попятились.

— Этот ребенок не демон. У него дар видеть будущее. А вы не попали бы в беду, если бы просто прислушались к его словам. Пожар можно было предотвратить, и болезнь тоже, если бы вы приняли меры, вместо того, чтобы нападать на ребенка. Вы сами виноваты в своих несчастьях. Мальчик лишь пытался вас предупредить.

Под ее взглядом толпа потеряла запал и быстро разошлась. Даже тетушки ретировались, забыв о женихах и снадобьях.

Су Лили обернулась к мальчику. Она не стала сразу к нему прикасаться, просто присела на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне. Ее движения были лишены всякой угрозы.

— Как тебя зовут, малыш? - спросила она мягко.

— Сяо Лань, – прошептал мальчик, не отрывая от нее своего прозрачного взгляда.

— Ты видишь вещи, которые другие не видят, да?

Тот кивнул, и по его грязным щекам покатились слезы.

— Они всегда там. Прошлое, будущее… кусочки. Иногда я не понимаю… Иногда слишком понимаю.

Су Лили положила ему на голову тонкую, изящную руку. Это был жест утешения, принятия. Жест, от которого Хань Яну захотелось зарычать.

— У тебя есть дар видеть то, что скрыто от остальных, – тихо сказала она. – Если станешь моим учеником, то я научу тебя, как применять его во благо.

Су Лили поднялась, протянула руку мальчику. Тот с радостью и легким неверием принял ее, и наставница повела его прочь, пройдя мимо окаменевшего от ярости Хань Яна.