Книга Повелитель Стихий. Том 4, страница 25 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

— А стихию ты как понимаешь, если артефакты и приборы с твоих слов не помогают?

— Каким прибором, — усмехнулся Нейрас. — Только опыт и чутье. Хоть с виду камень и неотличим от обычной горной породы, но всякие крохотные признаки появляются. Небольшие примеси цвета, текстура, трещины особенные.

— И по этим мелочам что, правда можно как-то определить стихию? — недоуменно спросил я.

— Если имеется опыт и насмотренность, то да, — уверенно подтвердил старик. — А у меня этой насмотренности навалом.

— И куда потом уходит эта руда? Та, что ты выбираешь

— Мастерам дома. Клос под себя обрабатывает, свои мастерские у него. Что дальше, не моё дело. Моё дело отобрать.

— И много вас таких, оценщиков руд?

— Прилично, но я один из самых опытных, — буднично сказал Нейрас, подцепляя ножом ломтик. — Потому и жив до сих пор.

— Уважаемо. И что, неужели за столько лет тебя, самого опытного, никто не пробовал перекупить?

— Пробовали. И пробуют постоянно, — Нейрас разгладил ладонью тряпицу на столе. — Однако я должен дому Клос. Пока долг не выплачен, весь мой опыт принадлежит им.

Не знаю что там у старика случилось в прошлом, но конкретно в этом аспекте он заметно потерял возможность критически мыслить.

Еще раз оглядел жилище. В углу громоздились обломки, у ледника стояла щербатая миска с пылью. Опытный оценщик доедал последнюю рыбу при свете плошки. Картина отказывалась складываться, хотя лезть глубже я пока не собирался.

— И сколько тебе платят за твою работу?

— Просто платят, — старик пожал плечами. — На большее я не претендую — уже говорил.

Щербатая миска у ледника снова встала перед глазами. Горсть пыли за день такой работы.

— А те трое, что ломились тогда утром, тоже от дома Клос?

— Да, — спокойно кивнул старик, будто их поведение было абсолютно нормальным. — Я после побоев не смог проснуться к назначенному времени, вот Клос и прислали людей.

Ни одной жалобы, только ровный монотонный тон.

— Возьми меня завтра с собой, посмотреть хочу.

Старик поднял взгляд от доски и с полминуты изучал меня, склонив голову набок. Знакомая пауза, с таким же лицом он решал, пускать ли меня под свою крышу.

— Зачем тебе идти?

— Скучно. Город я весь обошел, а в самое интересное место меня вряд ли пустят.

— Скажи что покупатель, и пустят, — старик странно на меня посмотрел. — Ладно. Условие только одно. Работе не мешай, в мои разговоры с представителем дома не встревай.

— Договорились.

Условие было вполне простым — хоть прогресс в изучении языка шагал вперед семимильными шагами, испытывать его на практике я пока что не стремился.

— Выходим завтра до рассвета, — Нейрас подвинул мне остаток рыбы. — Проспишь, ждать не стану.

Проспать не вышло бы при всём желании. Старик поднялся затемно, гремя ледником, пока я натягивал куртку. За четверть часа мы миновали знакомые улицы, затем свернули в грузовой проход, где тележки выбили колею в камне до блеска. Сквозь толщу всё отчётливее проступал гул. Кратер с его Бурей лежал где-то за стеной, и не заметить соседства было невозможно.

За последним поворотом стены разошлись, открыв пещеру торга, где первым делом нас встретил досмотр.

У устья прохода стояли двое дозорных с костяными бляхами. Судя по цепким взглядам, чужаков здесь заворачивали без разговоров. Нейрас вытянул из-под одежды костяную пластину на шнуре, потёртую до желтизны, с глубокой резьбой. Подействовала она мгновенно. Первым почтительно склонил голову ближний дозорный, а второй отступил с дороги. На меня, идущего следом за стариком, никто даже мельком не посмотрел.