Книга Еда и патроны. Ренегат, страница 247 – Артем Мичурин

— Харч. Горячий.

— Вот это дело, – потер ладони Хлор. – Когда жрать будем?

— Ты задрал уже, – рыкнул на него Кирка. – Передай в конец. И котелки. Ну, все? Тогда отчаливаем. – Он запрыгнул в кузов и поднял задний борт. – Разбудите водилу.

Сиплый, устроившийся возле кабины, дважды стукнул кулаком в помятую жесть. Двигатель чихнул и, раскочегарившись, потащил набитый людьми грузовик за ворота.

— Кстати, новичок, – обратился к Стасу Кирка, – ты с личным составом успел познакомиться?

— Нет еще.

— Как же так? А если я отдам приказ – «Хлора в расход», что ты делать будешь?

— За что, командир? – промямлил Хлор нарочито обиженно.

— Для профилактики.

— Ну, Хлора я знаю, – ответил Стас. – Так что приведу в исполнение. С Сиплым тоже знаком.

— Бля, не повезло мне, – усмехнулся медик.

— Ладно, давай остальных представлю. Значит, так, – Кирка указал на усатого головореза, недавно интересовавшегося причиной задержки, – это Барон. Его легко запомнить. Больше шмоток ценит только баб. Кумач, наш красавчик, – палец переместился в сторону здоровяка с обожженной физиономией. – Прямая противоположность. К шмоткам равнодушен, с бабами груб.

— За это они меня и любят, – усмехнулся Кумач.

— А что им остается? – согласился Кирка. – Поп, правда, не настоящий, исповедоваться бесполезно, – хмурый бородач в черном облачении кивнул, приветствуя новичка. – Ганс, – коротко стриженный белобрысый парень со строгими чертами лица чуть привстал со скамьи. – Считает себя арийцем. Мечтает соорудить передвижную газовую камеру. Как там ее?

— Газенваген, – подсказал белобрысый. – Очень полезная вещь, экономит патроны. Нужно только проблему с герметичностью решить.

— Ну да. Туз. С этим не играй.

— Я давно завязал, командир, – ответил сухощавый мужик лет сорока и поднял от цевья СВД левую руку с культями на месте мизинца и безымянного. – Ты же знаешь.

— Рассказывай, – отмахнулся Кирка и продолжил: – Баян.

— Это не кличка, – уточнил круглолицый наймит, жизнерадостно скалясь, от чего и так узкие глаза превратились в щелки.

— Хорошо готовит, собака, – охарактеризовал командир представленного члена группы. – Особенно мясо удается.

Хлор сглотнул слюну, еле удержавшись от вопросов про «пожрать».

— А это Заза. Тоже, кстати, имя. Непонятно только, почему бабское.

— Никакое оно не бабское! – взорвался чернявый товарищ с крючковатым носом. – Заза – древнее кавказское имя! Его с честью носило множество славных воинов!

— Ладно–ладно, не буянь, славный воин, – поспешил утихомирить его Кирка. – Это, – указал он сразу на двоих бойцов с простоватыми, но располагающими физиономиями, – братья Серп и Молот. Кто есть кто, сам забываю постоянно. Приходится звать обоих. Я им даже имя общее придумал – Серпимолот. Длинновато, но емко.

— Я Серп, – представился левый брат.

— А я Молот, – последовал его примеру правый.

— Понятно, – кивнул Стас.

— И наконец, Шаман, – Кирка хлопнул по плечу сидящего рядом сурового мужика с покрытым черной рябью лицом. – Он у нас штатный взрывник. Ну все, знакомство окончено, теперь можно и пожрать. Хлор, раздавай.

— Благодарю, Господи, – вознес тот хвалу небесам, сложив ладони в смиренном почтении, и загремел посудой.

— Чито у нас сегодня? – расплылся Баян в широкой улыбке, вытирая ложку о рукав. – Фу, пилять! Какой шакал снова мясо испоганил?