Книга Закон бессмертных, страница 131 – Джули Кагава

Зик. Я прогнала из головы мысль о нем, швырнув полено в тачку с такой силой, что оно отскочило, вылетело обратно и стукнулось о стену сарая. То, что произошло между нами на платформе, повториться уже не могло. Как бы сильно я этого ни желала, я не могла позволить ему такой близости снова. Ради нас обоих.

Когда я вернулась с полной тачкой поленьев и сучьев, Рут и Зик все еще сидели там рядышком. Я не стала подниматься к ним, а осталась внизу смотреть, как Ларри показывает, как правильно поддерживать огонь – не покидая зоны поселения, он по специальным желобам спускал поленья прямо в костер. Это меня впечатлило. Вместо того чтобы по-глупому выбегать за границы поселения, бросать поленья в огонь и искушать бог знает скольких бешеных, наблюдающих за ними из леса, здешние обитатели проявили изобретательность и придумали, как решить проблему наименее опасным способом. Их смекалка была достойна восхищения. Разобравшись с кострами, я отправилась обратно к сараю, подальше от платформы с Зиком и Рут. Может, он покажет ей, как держать мое ружье и стрелять из него – она будет в восторге, – и я смогу переключиться на охрану скота. Что угодно, лишь бы оставаться подальше от него.

Я открыла дверь сарая и скользнула внутрь – воздух там был затхлый и теплый, животные мирно дремали. Большинство наших сейчас были снаружи – помогали часовым или выполняли какую-то работу по хозяйству. Но Тереза, Сайлас и дети остались здесь. Старина Сайлас, прикрывшись одеялом, прикорнул в уголке, из его открытого рта доносился храп. Тереза сидела рядом, чинила покрывало, напевая что-то под нос. Она улыбнулась и кивнула мне.

— Эллисон! – Калеб выскочил из стойла и направился ко мне; вслед за ним, сжимая в кулачке бутылку с молоком, шла тихоня Бетани. Калеб нес на руках пятнистого козленка и едва справлялся со своей ношей – тот блеял и слабо брыкался. Я поспешно опустилась на колени, взяла козленка и прижала к груди. Он немного успокоился, но все равно жалостливо плакал. – У него нет мамы, – голос у Калеба был такой, будто он вот-вот разрыдается. Он вытер лицо, оставив на щеке грязный след. – Нам надо его кормить, но он никак не хочет пить из бутылочки. Он все плачет, но молока не хочет, а чего он хочет, я не знаю.

— Ну-ка. – Я протянула руку, и Бетани дала мне бутылку.

Я села, оперлась о стену, устроила крохотное создание у себя на коленях, а двое человеческих детей с тревогой наблюдали за мной. На секунду меня кольнуло раздражение – этим должна была заниматься Рут, а не я, – но затем я сосредоточилась на своей задаче. Я лишь смутно представляла, что делать, – я никогда раньше не видела коз, не говоря о том, чтобы держать их в руках, – но надо было, чтобы все получилось.

Я выдавила из соски каплю молока, дождалась, пока козленок снова заблеет, и сунула соску ему в рот. Первые два раза упрямый малыш тряс головой и плакал еще громче, но на третий наконец понял, чтó я ему предлагаю. Он ухватил бутылочку и принялся жадно, с бульканьем пить, и мои зрители разразились восторженными аплодисментами.

Я и моргнуть не успела, как Калеб уселся рядом со мной, Бетани пристроилась с другого бока и прижалась к моему плечу. Я напряглась, сдерживая себя, но дети, похоже, ничего не заметили, а малыш у меня на коленях разразился жадным плачем, когда я опустила бутылочку. Смирившись, я откинулась назад и окинула взглядом трех юных созданий, стараясь не вдыхать их запах и не вслушиваться в стук их сердец. Тереза посмотрела на меня и улыбнулась – я беспомощно пожала плечами.