Книга Сердце тумана, страница 134 – Хелен Шойерер

— Генри. – Это был голос Блик. – Генри, остановись.

— Нет.

Кровь из его головы текла по лицу и заливала глаза. Он вскрикнул, когда снова ударился о потолок. И снова. Генри впечатала его спиной в стену, удерживая в вертикальном положении, а затем бросилась на него, ее катары, высвободив скрытые лезвия, прижались к его горлу.

— Ты знаешь, что сделали бы с тобой мои соплеменницы? – выдохнула она, обдавая его лицо горячим и затхлым дыханием.

Она знала, что это был он.

— Ты знаешь, что король с тобой сделает? – выдавил он, бросив взгляд на последствия резни в гостинице.

— Ты думаешь, это сделала я?

— Даже не пытайся, – он попытался сглотнуть, но почувствовал, как ее лезвия вонзились в его кожу, – даже не пытайся отрицать это.

Генри смотрела ему в лицо, ее ноздри раздувались.

— Она этого не делала, – сказала Блик, выходя из одной из кабинок и выглядя сильно помятой. – Это сделала я.

— Ты? – прохрипел он. – Как?

Блик не ответила. Вместо этого Генри сильнее надавила на катары у него на шее.

— Ты накачал меня снадобьем, – прошипела она.

Суинтон поморщился. Она убивала его вот так, понемногу, медленно. Он захлебывался собственной кровью.

— Ты не можешь убить его, – сказал Фиори, выходя из подсобки в задней части здания. Он прижимал тряпку к кровоточащей голове.

— Могу.

— Король Арден воспримет это как прямое нападение на Эллест, в результате которого был убит командующий королевской армией. За это он сожжет Валиа дотла.

Не отводя взгляда от лица Суинтона, Генри обратилась к Фиори:

— Ты знаешь, что он сделал. Это акт войны с Валиа.

— Я знаю, что он сделал, и я это не поддерживаю, – сказал Фиори, – но у нас есть проблемы посерьезнее. – Он обвел рукой гостиницу.

Суинтон и Генри проследили за его взглядом, устремленным на кровавую бойню.

— Нам нужно решить, что с этим делать, иначе мы все покойники, – сказал он.

Генри посмотрела на Блик, которая стояла, прислонившись к стойке бара, с остекленевшими глазами.

Повернувшись к Суинтону, Генри убрала катар с его горла. Он выдохнул воздух, который задерживал, и прикоснулся пальцами к маленьким порезам возле адамова яблока – из них текла кровь.

— Придет время, – сказала она ему, – когда ты умрешь за то, что сделал здесь. – Она убрала свои катары в ножны и подошла к Блик.

Фиори бросился вперед, когда Суинтон упал, и подхватил его под мышки. Обхватив одной из обмякших рук Суинтона за шею, он потащил его к ближайшей кабинке.

— Боги, ты в полном дерьме, – пробормотал Фиори себе под нос.

Суинтон наблюдал, как его друг отправился в бар за спиртным, чтобы промыть раны. Приятного было мало…

Суинтон несколько раз терял сознание от боли. Все его тело казалось разбитым и горело огнем. Было больно даже дышать. Сломанные ребра, рваные раны на лице и голове, вывих плеча, сломанная скула. Однако, несмотря на обширный список травм, Суинтон знал, что легко отделался.

Фиори обработал его раны алкоголем с холодной аккуратностью придворного лекаря. Даже несмотря на приступ боли, Суинтон знал, что Фиори зол на него, и не знал, что сказать. У него не было выбора, и он оставил их. Возможно, геймсвуд в бульоне Генри был ошибкой, но теперь они об этом никогда не узнают. Он выполнил приказ короля, только остальные не могли об этом узнать. Он украдкой взглянул в другой конец комнаты и увидел, что Генри пытается заговорить с Блик. Однако Блик только качала головой. Как, черт возьми, она это сделала? Знала ли она, что делает?