Книга Время ветра, время волка, страница 165 – Каролина Роннефельдт

Несмотря на сгущавшиеся сумерки, маскарад был в самом разгаре благодаря бузинному вину, кубкам ягодной настойки и несокрушимому праздничному настроению жите- лей Холмогорья. Отовсюду доносились голоса, смех, пение – и особенно громкий вой сверкающих ревунов, которые на время превзошли даже фейерверки. До следующей полуночи хранителю моста еще не раз предстояло развлекать собравшихся вспышками волшебных огней, и по пути через площадь квендели из Зеленого Лога выискивали взглядами не только Кремплингов, но и Себастьяна, который, вероятно, готовился к следующим залпам фейерверка.

К ним уже подошли несколько квенделей из Запрутья. В этом году они нарядились в более зловещие костюмы, чем обычно, и закрыли лица плоскими масками из выцветшей коряги с Холодной реки, отчего стали похожи на костлявых речных духов с их символически простыми лицами. По традиции отдельные процессии в масках снова отправлялись с большой площади бродить по переулкам и улицам Баумельбурга. Желающие присоединялись к ним или оставались в толпе на обочине. Оттуда зеваки подбадривали прохожих, пили, болтали и праздновали. Там и тут устраивали особые пирушки по обычаям разных районов Холмогорья, танцы, хороводы, песни и игры. Гости из других деревень смешивались с местными жителями, и никто не мог с уверенностью сказать, кто скрывается под масками. Даже члены семьи, друзья и соседи порой узнавали друг друга только по голосу. Однако Серой Ведьмы, Ады Изебарт, нигде видно не было.

— Возможно, их выступление вызвало столько неудовольствия, что Аде и Грифо пришлось тихонько отойти, чтобы переодеться, – сказала Тильда Звентибольду с надеждой в голосе.

— Вполне возможно, – кивнул Биттерлинг, – и это пошло бы им только на пользу. Совету следовало бы настоять на том, чтобы в этом году праздник сделали особенно веселым и ярким.

— Да, и в самом деле, – согласилась Хульда, которая шла рядом с ними, кивая изящной оленьей головой. – Я ничуть не рада видеть маски темных сил, хотя раньше они мне даже нравились.

И, словно по чьему-то злому умыслу, Хульда столкнулась с возвышающейся над толпой фигурой, которая внезапно возникла будто из пустоты и непроницаемой тенью нависла над квенделями.

Хульда, которая едва доставала до груди чудовища, тихо вскрикнула и отступила на шаг, радуясь, что рядом с ней Биттерлинги и Гортензия. Старик Пфиффер и Уилфрид тоже остановились и оглядели ряженого. Он был вдвое выше остальных, закутанный в черный короткий мех, похожий на коровью шкуру. На темной голове из угловатого черепа торчали не две, а несколько пар витых рогов. На Хульду воззрились тускло поблескивающие, глубоко посаженные глаза, которые, казалось, были прочно прикреплены к маске.

— Интересно, это Томс? – шепнул Карлман Одилию. Они с Энно только что догнали остальных. – Вот так его описывала старая Йордис. Он сам по себе достаточно высок, даже если не встал на ходули, как мне кажется.

Вдруг оробев, Карлман понял, что не осмелится подойти к черной маске. Она напомнила ему зловещее существо из пустоши с серой рукой в шрамах. Да и все уже закончилось: рогатый повернулся к ним широкой спиной и стал прокладывать себе путь сквозь толпу, которая охотно расступалась. Когда чудовище отвернулось, все увидели длинный коровий хвост и перепончатые копыта.