Книга По ту сторону тени, страница 16 – Каролина Роннефельдт

— Елки-поганки, нельзя поддаваться тревоге, – наконец сказал он, глядя на напряженные лица друзей. – Уж поверьте, мне это совсем не нравится. Голуби прилетали ко мне в гости каждый день, а теперь кажется, что я сам приманил ястреба угощением. – Бульрих глубоко вздохнул и продолжил, тихо и настойчиво: – Иногда я думаю, что притягиваю беду, даже действуя из самых лучших побуждений. С другой стороны, этот случай можно истолковать и как напоминание: природа бывает сурова, особенно зимой. Всякому живому существу нужна пища, а хищники охотятся в любое время года. Мы просто не хотим, чтобы охотились на нас.

— Мы все станем добычей в Мрачную Ночь, – с мрачной уверенностью проговорила Гортензия, переведя взгляд со старого Шаттенбарта на молодого. – Простите меня за минутную слабость, но я должна высказать это хотя бы сейчас, пока мы одни, потому что все, что предсказывал старый Пфиффер, сбылось, и наша судьба будет окончательно решена в день зимнего солнцестояния. Пускай мы, как и все квендели, предупреждены об опасности, но что мы можем сделать?

Простого ответа на этот вопрос не было, да Гортензия его и не ждала, однако Карлман внезапно выпрямился на стуле.

— Будьте бдительны и ищите выходы, – начал он нерешительно, словно припоминая что-то давно забытое. – Возвращайтесь к прошлому, чтобы понять его… но и прокладывайте новые пути вглубь, в неизвестность… не бойтесь перемен. – Его глаза подозрительно заблестели.

Бульрих и Гортензия изумленно воззрились на юношу.

— От кого ты набрался таких слов? – спросила Гортензия. – Вот же паутина в мозгу да ядовитые мухоморы, можно подумать, с нами разговаривает Пфиффер! – Она еще раз внимательно осмотрела Карлмана, вскинув брови. – Ищите выходы! Прокладывайте пути! Похоже, эти необычные фантазии вложила в твою голову юная Гризельда. Не стоит говорить плохо о тех, кого уже нет, но я бы сказала, что все мы, сморчки несчастные, свернули не туда, и прежде всего из-за необдуманной прогулки твоего дяди по Сумрачному лесу. Всякого, кто почему-то вдруг отправляется туда, где порядочному квенделю не место, подстерегает беда: как Бульриха в Сумрачном лесу, Блоди и Фенделя Эйхаза в Черных камышах, Гризельду в темных подземельях Фишбурга… Там-то она, похоже, и сделала первый шаг к постигшему ее несчастью – сами знаете, куда это ее завело!

Вздрогнув, Гортензия сгорбилась и уставилась в окно, как будто там виднелось что-то еще, кроме падающих хлопьев снега.

— Фиделия Кремплинг и до того, как исчезла в тумане, больше напоминала привидение, чем обычного квенделя, ну а Тильда у Звентибольда – она тоже потерялась и пропала! Да и здесь, в Зеленом Логе! Только на Бузинной улице недосчитались мы доброго Квирина Портулака и троих его бедных ребятишек, а еще пропали Розина Изенбарт и Стелла Штаублинг, сестра хозяина «Зеленологского одуванчика»! И… и… – захлебнулась она в нарастающем отчаянии. – Я все время о них думаю, а потом мне кажется, что за стеклом в темноте что-то есть – призраки, которые порхают вокруг, будто полумертвые мотыльки с серыми порванными крыльями. Невидимая граница вот-вот снова исчезнет, и мы встретим тех, с кем лучше бы не встречаться!

Гортензия закрыла лицо руками, беззвучно заплакав. Позади нее зашуршало и рассыпалось в очаге светящееся полено – и только этот шорох наполнял кухню, пока Бульрих не поднялся со стула. Стараясь утешить удрученную соседку, он положил руку ей на плечо.