Книга Поваренная книга для загробной жизни, страница 24 – Дестон Дж. Манден

Телено развернул длинный пергамент и пробежался глазами по документу. Прочитав его в первый раз, он изучил условия, цену и возможные подводные камни. Заведение официально называлось «Злобный фонарь», его много лет назад построила орчиха из Рожденных с Клинком вместе с супругом. С тех пор он переходил из рук в руки и как жилой дом, и как предприятие, а его последним воплощением стал «Смычок и обманка». Чем глубже они погружались в изучение контракта, тем больше Роттгор понимал, что первоначальное соглашение загнало Телено в угол… оставив у руля Вома. Первый платил за содержание, а второй присваивал доходы, повышая арендную плату и ничего не предоставляя жильцам. Вом был ненадежным арендодателем. «Когда-то они были друзьями, – понял Роттгор, – до всего этого». Сдержанность, которую проявил Телено, видимо, шла откуда-то из глубины души. В голове Роттгора забрезжила мысль. Ничего определенного, лишь маленький росток из едва проклюнувшегося семени.

Внимательно прочитав договор, Телено внес в него изменения, убрав прежние цены и десятки имен.

— Перечитай еще раз, – посоветовал он Роттгору, – и убедись, что тебя устраивают условия.

Роттгор мало что знал о законности таких договоров. Без помощи Телено его бы наверняка обманули, как это явно произошло с другими арендаторами Вома. Поэтому он перечитал договор, задавая вопросы только своему новому приятелю, а затем перечитал еще дважды. В конце концов орк остался доволен. Телено сменял Вома в качестве управляющего. Одного этого было достаточно, чтобы развеять все опасения.

— Выглядит неплохо, – сказал Роттгор, четко проговаривая каждое слово и глядя на Вома. Слизняк-гном отпрянул.

— Хорошо, хорошо, – ответил Телено. – Я подпишу здесь. – Он нацарапал свое имя, затем указал на Роттгора. – Ты здесь, и Вом тоже поставит свою подпись и отправит это в Полый зал.

Темнобородый гном поднял руку.

— И мне за это заплатят. – Он говорил так надменно, что Роттгор чуть не выхватил меч и не полоснул его за наглость. – Я отдаю ценную собственность мешку с костями. Клянусь… может, Король Червей был прав. Свобода воли для мертвых бесполезна.

«Ты сам скоро станешь мешком с костями». Роттгор покачал головой и отвязал от спины кожаный мешок. Порылся в своих вещах и нашел там небольшой запас золота. Достал ровно столько, сколько нужно, ни больше ни меньше. Кому-то более порядочному он бы накинул, конечно. Что же касается Вома, орк надеялся, что все это сгинет без следа.

— Держи, – сказал Роттгор. Он положил слитки между ними, накрывая их своей большой ладонью. – Прошу лишь об одном: чтобы я больше никогда о тебе не слышал.

— Теперь это здание – твоя проблема. Какое мне до него дело? – Вом пожал плечами.

«Тебе не все равно. Ты ненавидишь что-либо терять. Я вижу это по твоим глазам. Ты будешь следить за этим местом, как ястреб. Захочешь знать, что происходит. Ты не новичок. Всегда есть люди, которые ненавидят своих товарищей. Это мой город, как и твой. Никогда об этом не забывай».

От высокомерной уверенности на лице гнома Роттгора чуть не стошнило. Сделка, хоть цена и стала намного ниже, чем хотел Вом, в его представлении все еще оставалась выгодной. Он все равно осушил этот колодец – а что толку от колодца без воды? Орочья кровь в теле Роттгора, еще недавно такая холодная, теперь вскипела. «Я тебе еще покажу, – подумал он. – Ты думаешь, будто нагрел меня. Получил выгоду на ровном месте. Все, что ты видишь, – это ходячий труп». Роттгор с трудом удерживал на лице бесстрастную маску. Он потянулся за пером и чернильницей, и его ладонь наконец оторвалась от золотых слитков. Орк еще раз взглянул на документ, убеждаясь, что на строке стоит имя Телено, затем взял перо и обмакнул его в чернила. С каждой выведенной буквой улыбка на лице Вома становилась все шире. Эта свинья стала на четыре тысячи девятьсот золотых богаче. Роттгор нацарапал последнюю букву в названии своего клана. «Но ты ведь не очень рад… не так ли?»