Онлайн книга «Альфа»
|
Я не был уверен. Спросил, что он думает. – Ты сидел на скале, позволяя ураганам побивать тебя. Истязал свою плоть, чтобы не превращаться непреднамеренно. Семь раз прочел Библию, впитал все мои знания о вервольфах и проводил дни в раздумиях и созерцании. Ты можешь стать могущественным орудием в руках Божьих. К тому же у меня больше не получится доставлять провизию, а рыбак из тебя ужасный. – Он завел руку за спину и показал знакомый револьвер. Открыл цилиндр, вынул мунклип и передал мне. – Это твое, полагаю. Я взял мунклип с одинокой серебряной пулей. – Я могу передать тебе проклятье. Ты тут же вылечишься, полностью. Вервольфы не болеют. Ты же сильный, научишься контролировать все это лучше, чем я. – Не искушай меня, Рэймонд. Я сильнее боюсь оступиться, чем умереть… Тебе известно, почему меня изгнали сюда? – Не получив ответа, Сантьяго продолжил: – Мой лучший друг тоже был охотником, завербованным благодаря храбрости, что он проявил, сражаясь с легионами зла. Однажды его укусил вервольф. Наш рыцарь-командор приказал мне положить конец его страданиям, но я солгал и вместо этого спрятал друга. Я пытался помочь ему так же, как тебе. Нашел в ватиканских библиотеках все возможные сведения о ликантропии. Стал нашим лучшим экспертом. Но у меня ничего не вышло. Мой брат так и не смог овладеть собой. Зло поработило его. Много ни в чем не повинных людей погибло. Меня заставили лишить его жизни. Покрытый позором, я сделался изгоем своего ордена и был отправлен доживать свои дни на остров, где никому не смог бы причинить зла. Он повернулся ко мне, и взгляд его печальных глаз вонзился больнее, чем самый острый нож. – Я вверяю тебе труд всей моей жизни. Чтобы ты не дал ему пропасть втуне. И я пообещал. * * * Николай вел снегоуборщик по пустым улицам Коппер Лейк. Учитывая обстоятельства, с транспортом ему очень даже повезло: здоровенный, с высокой кабиной и кузовом, полным песка, он был тяжел и сцепленим обладал хорошим. Амулет был где-то здесь, но точно понять где не получалось. Фальшивая луна сводила его с ума: всегда где-то рядом, только руку протяни, и всегда ускользала, словно двигалась. Буря мешала сосредоточиться. Запахи казались приглушенными, спутанными, быстро тонули в снегу. Городок за мечущимися по стеклу дворниками выглядел миражом. Николай, приближаясь к центру, выехал на улочку с жилыми домами. Единственными источниками света в окнах были фонари на батарейках и мерцающие свечи, но большинство жителей спало. Каждая прямая линия, выведенная человеческой рукой, каждый угол округлился, маленькие дома завалило несколькими футами снега. Даже дорожные знаки выглядели огромными белыми леденцами. Кроме этого, ничего мягкого в снегопаде не было: ледяной, жестокий, безжалостный. Зима пришла выстудить это место до смерти. На родные места похоже. — Заткнись, – велел Николай. – Мне нужно сосредоточиться. Но Зверь был прав. Коппер Лейк и правда напоминал ему родные места, ранние годы, что они провели в сибирских лесах: прятались днем, охотились ночью, всегда на шаг впереди охотников НКВД. Нападали на маленькие деревушки, пожирали скот или, если Зверь брал верх, людей, часто – детей. Зверь предпочитал детей, ему приятнее был их вкус. Иногда границы размывались настолько, что он не мог вспомнить, кто из них творил эти ужасы. |