Книга Голод Рехи, страница 117 – Мария Токарева

Утром Рехи бродил по деревне и рассматривал, как живут полукровки. Да еще оценивал, как восприняли ночное происшествие стражники, потерявшие своего товарища. Конечно, не хотелось стараться для Ларта, но ведь если бы предводителя сместили и съели, то его «шута» тоже всенепременно попробовали бы на зуб.

— Слышал новость? – доносились отдаленные переговоры со стен, которые улавливал с такого расстояния только эльфийский слух. Рехи настороженно пошевелил ухом.

— Да, ночью-то что было?

— А что было, что было? Спятил один из наших, на Ларта злое замыслил.

— Да ты что? Точно спятил, мы же без Ларта пропадем. Кто еще знает секрет укрощения огня и металла?

— В том-то и дело, что все знает у нас один Ларт, – вмешался кто-то третий, наверное, дозорный, стоящий на приземистой башне из камней.

— Пропадем мы без него.

— А если шальная стрела или еще какая напасть? Что тогда? – доносился голос нового смутьяна, и это совсем не нравилось Рехи, он нервно дергал ушами и хмурился.

— Думать надо.

— Думать, а не бунт замышлять. Ну, чего вот тот хотел? Убил бы. И что дальше? – отвечал разумно один из верных воинов.

— Меня другое волнует: этот эльф, – снова донесся предательский тихий голос дозорного с башни. – Не передал ли ему Ларт свои секреты? В кузницу вон допустил. С чего бы? А нам когда покажет?

— Да ты сам никогда ничему не хотел учиться! – фыркнул на него другой стражник.

Рехи напрягся, невольно сжимая кулаки. Ему не нравилось, что всем казалось, будто он заодно с предводителем, хотя сам бы предпочел убраться подальше из этой мрачной деревни.

— Да с чего бы? Он у Ларта так, ручной зверек, тупая тварюшка с далеких пустошей. Вроде мелкого ящера, – снисходительно бросил дозорный, чем еще больше обидел Рехи. Захотелось пойти на звук и высказать им все, что накипело. Но в ту же минуту Рехи вспомнил, что никогда не умел сражаться словами. Полукровки вряд ли восприняли бы всерьез любые речи, раз уж Ларт придумал ему такую роль – шута, отражения. Шпиона… неужели он шпионил ради предводителя?

Тогда все вновь сходилось на желании поскорее выпить его кровь и убраться из деревни. Но никакой возможности не было. Поэтому Рехи решил, что старается исключительно для себя.

«Мы еще посмотрим, кто здесь победит», – потрясая кулаками, гневно думал он. К тому же его мучили смутные предчувствия, временами живот скручивало непонятным холодом, словно в присутствии страшной опасности. Еще Рехи просыпался посреди ночи, с тревогой ощущая посторонний запах, который наполнял деревню. Запах не живых существ, не крови и не грязи. Нет, что-то иное, неотвратимое подбиралось ко всем жителям, пока Ларт и его люди плели интриги и воевали против людей.

«Валить отсюда надо, просто валить», – пришел к окончательному решению Рехи, уходя прочь от заграждений. А за воротами рычали ящеры, словно намекая на невозможность побега.

Внезапно все замерло. Пыль повисла в воздухе, песок под ногами застыл, огонь в кузнице перестал колыхаться, дым прирос к трубе неподвижной глыбой, а жители превратились в изваяния. Казалось, окоченели даже звуки, повисли в воздухе. И на ближайшем камне в неизменно скорбной позе обнаружился печальный Митрий.

Золотые крылья колыхались за его спиной сложенным плащом, он сидел в одиночестве, без Сумеречного Эльфа. Рехи мог бы поклясться, что еще мгновение назад валун был пуст.