Книга Белый Дракон, страница 178 – Мария Токарева

— Мы идем, Энн! Мы идем! – громко закричали двое или трое охотников и воздели над головами мечи, держа их за рукоять и лезвие в знак смирения. Так они отправились к стенам академии, не замечая, что ступают по трупам, скользящим под ногами.

— Пропустить! – визгливо приказала Мартина.

— Мы всегда знали, что ты должна была стать верховным охотником! – закричали новые предатели Цитадели.

— Кто… Где… – бормотал Уман, зачем-то приподнимая повязку на незрячем левом глазу, как будто надеялся что-то рассмотреть.

Со стен академии начался обстрел из луков и арбалетов, рядом с верховным охотником лишь лежали тела его приближенных, уничтоженных выстрелом. Сам он уцелел, похоже, только благодаря надежной броне.

Джоэл кинулся к Уману, вытягивая из осколков стекла и кирпича, потащил за шиворот, как дрянного пса, и видел в тот момент лишь своего друга юности. Он все еще не желал смерти ему или Энн, он еще помнил времена, когда они все дорожили друг другом, когда распутывали сложные дела. Но все переломили чужие бесполезные тайны, вверенные Уману, как повешенная на шею гиря.

— Отступаем! В Цитадель! – скомандовали то ли охотники, то ли люди из гарнизона.

— А военные… они тоже идут к академии? – ужаснулся Ли, тенью следуя за напарником.

В бастионе Эскуидоне, очевидно, тоже давно творилось неладное: начался раскол внутри организации, иначе военные быстро усмирили бы вышедших из подчинения ночных стражей. А вместо этого часть бойцов в форме дневных стражей уверенно шла к стенам академии, и их впускали внутрь.

Джоэл уже не разбирался, пригибаясь к земле. Над головой свистели арбалетные болты, а рядом бесполезным мешком волочился, загребая ногами, верховный охотник. Повезло, что Ли рядом ловко прикрывал спину, отпихивая и уничтожая врагов. Вскоре удалось покинуть зону открытого огня, стрелы и болты не долетали, втыкаясь в раздробленную мостовую.

Умана подхватили другие охотники и повели под руки, неся за ним его массивный меч, который в этот день вспомнил былые времена доблести хозяина. Верховный охотник честно сражался на передовой и едва не отдал жизнь. Вовсе не за свои грехи, а за то, что принял в наследство чужую вину. И, получив знания, не смог никому отдать.

Прав был Нейл Даст, во всем прав: иногда правда уничтожает хуже лжи. И не оставалось сил нести эту искаженную правду, выбирая сторону в конфликте неправых с неправыми.

Джоэл схватил Ли за руку и резко дернул в сторону, вызвав замешательство напарника:

— Джо, куда ты?

— Домой. И я уйду только с тобой. Мы идем домой, – твердо заявил Джоэл, глядя, как отступают его бывшие союзники и как ликуют… тоже бывшие союзники, засевшие в академии.

— Все бегут в Цитадель, – не понимал Ли.

— Нам надо домой. К Джолин! К Вен Даррену! Домой, а не в осаду, – сорвавшимся голосом воскликнул Джоэл. – В Хаос все!

— А нас разве отпускают? – не понимал Ли, в дикой гримасе смятения вскидывая запорошенные сажей брови.

— Никто нас и не считал. Я не хочу убивать своих. Как и ты. Не хочу… Мартина, Мио, Энн… Да пошло оно все, Ли!

— Значит, мы дезертируем? А что делать потом?

«Боюсь, что никакого „потом“ не будет», – хотел сказать Джоэл, осознавая, что Цитадель попала в патовую ситуацию. Смещение Умана Тенеба ничего не поменяло бы, даже его публичная казнь. Да и правительства тоже, потому что завершение игры Змея ознаменовало бы только гибель всего города.