Книга Белый Дракон, страница 171 – Мария Токарева

«Да, это правда, верно», – подумал Джоэл. Блеснула слабая надежда на переговоры. В конце концов, не такой уж дурной план предлагало правительство, если бы само не мечтало сбежать. Или не мечтало? Но дирижабль наверняка строили.

«Мы могли бы помочь Каменному Ворону, а вместо этого грыземся друг с другом. Да ведь это… Змей придумал! Это он нас стравил! Устроил в академии череду превращений, чтобы пустить всех по ложному следу!» – еще успевал сопоставлять факты Джоэл, и открывающаяся зыбкая правда выглядела ужасающей. Да и откровения уже никого не спасли бы: толпа больше не слушала. Все громче раздавались крики нового недовольства.

Внезапно громкоговорители на башнях взвились, закряхтели, точно прокашливаясь, а потом по всему городу эфир разорвался искаженным, но все еще узнаваемым голосом Энн:

— Но стимуляторы превращают нас в чудовищ. Вы слышали, люди, верховный охотник сам признал, что правительство хотело бросить охотников на борьбу со Змеем! Нас хотят превратить в чудовищ! А что мы ответим?

— Долой правительство! Долой квартал Богачей! – крикнули в эфире.

Голос, похожий на Мартину, и голос, похожий на ломкий тенорок Мио. Нет, не верилось, что именно они помогли Энн и революционерам в осуществлении их плана. А был ли у них план? Они просто не хотели гибнуть за стеной в Хаосе, но теперь так же гибли у стен и за стенами академии.

— Заглушите их! Огонь! – поперхнулся Уман. Их обхитрили, отвлекли на бойню у академии, пока кто-то захватил основной пункт связи в Цитадели или перевел все вещание часовых башен на канал академии. Такой вроде бы существовал на случай падения Цитадели. Десятилетиями считалось, что это две неделимые структуры, никто не был готов к тому, что они станут врагами.

Новые выстрелы пробили одну из баррикад, но кто-то бросился вперед, кинувшись в самоубийственном порыве на пушку, и бросил гранату прямо в недра орудия.

— Ложись! – истошно закричали со всех сторон. Джоэл сшиб Ли, пригнул голову напарника к мостовой и накрыл своим телом. Себя он уже не берег, а за напарника боялся. Больше у него в Цитадели никого не осталось, ни единого надежного союзника.

Детонация пушки и снарядов разорвала три орудия, осколки впились в стены.

— Закрывайте верховного! – командовало ближайшее окружение Умана, и многие погибли за него, окружив грузную фигуру живым кольцом. Осколки рвали плоть, выдирали клоками кожу, врезались в спины, раскраивали надвое черепа.

«Признался… Зачем признался? Но… все как я и думал. Все как сказал Страж Вселенной. Все как он сказал. Этот город в огне… Я видел еще весной, во снах», – ужасался Джоэл, все еще не отпуская дергающегося Ли.

— В атаку! – приказывал Уман. Или враги, или все разом. Джоэл не решался встать, хотя сверху сыпались обломки зданий: не выдержала одна из горящих крыш. Надо было выбираться, желательно бежать прочь, подальше от этого проклятого места.

Вскоре последовал новый взрыв, но нет – выстрел орудия со стороны академии. А за ним стрекот, оглушающий, как будто с неба великим бедствием обрушивались миллионы разъяренных шершней. Джоэл никогда прежде не слышал голос пулемета. Теперь же он ответил решительным гневным гулом, как только охотники короткими перебежками от баррикады к баррикаде решили атаковать.