Книга Разрушитель, страница 24 – Мария Токарева

И над этим омерзительным натюрмортом носилась, выписывая смертельные петли, гигантская сова. А на залитом кровью танцполе стояли двое.

— Ты еще жив?! Как ты остался жив?! – рычал Озимый. Высокий, мускулистый, с длинными волосами, собранными в хвост, и ярко-зелеными глазами, полными ярости, он оставался все еще человеком, который столкнулся с необузданной силой.

— Жив! Думал, я сдохну в том бункере, где ты меня и создал?!

Озимый палил в Демьяна из модифицированного технологиями семарглов пистолета, но энергетические заряды растворялись в воронке из черных линий.

— Это была проверка! Я смотрел, как ты совладаешь с белыми линиями! – отступая, кричал Озимый.

— Ложь! – Демьян сделал шаг вперед, и сова с клекотом ринулась в бой, заставляя противника отпрыгнуть за разбитую барную стойку.

Озимый попытался контратаковать, выбросив сгусток магии льда, но черная линия, подобно лезвию, перерезала пистолет в руке Озимого. Оружие рассыпалось в пыль.

— Ты предал меня! И ты не получишь билета с этой планеты! – прошипел Демьян, надвигаясь на бывшего босса. – Я найду ключ от всех миров!

«И здесь я опоздал», – с леденящим ужасом понял Сумеречный Эльф, наблюдая с балкона клуба на кровавую расправу. Он видел не бойню, а финальный акт давней трагедии, последнюю сцену в личном аду Демьяна. Чудовище взбунтовалось против своего создателя. Впрочем, был ли Озимый – вернее, его отец – именно создателем такого феномена, как Демьян? Похоже, нет. Ведь омерзительные опыты, проведенные над другими людьми, дали куда менее впечатляющий результат.

«Что же с тобой делать?» – раздумывал Сумеречный Эльф.

В этот момент Демьян, словно почувствовав его вторжение, резко обернулся и на мгновение встретился взглядом. Присутствие Стража Вселенной точно дало ему команду, что пора уходить. И он, не закончив кровавую вендетту, развернул за спиной портал – зияющую, пульсирующую рану в реальности, ведущую в Измерение Могущества.

В этот же миг Озимый, пользуясь отвлечением противника, сделал быстрый жест, и стена за ним поплыла, словно водная гладь. Затем он без раздумий стремительно кинулся в свой портал, не пытаясь помочь двум-трем уцелевшим подручным.

Демьян только успел швырнуть вослед ускользающему врагу сгусток черной энергии, который врезался в стену, оставив после себя дымящуюся воронку. Затем он ринулся в свой портал, и проход захлопнулся.

«Только не в лавку Змея! Только не опять!» – содрогнулся Сумеречный Эльф, спрыгивая с балкона, и кинулся, конечно же, именно к Змею.

Измерение Могущества встретило его гнетущим молчанием. Воздух курился тягучим сладковатым духом, словно пропитанный испарениями гниющей амброзии. Над головой простиралось фиолетовое небо, в котором пылало огромное фиолетовое солнце, отбрасывающее искаженные тени. Вокруг, насколько хватало глаз, стоял лес из высоченных темно-лиловых елей, с которых доносился отрывистый клекот кошкосов – существ с телами птиц и кошачьими мордами. Их глаза светились в сумраке, как болотные огоньки. Меж деревьями чернели озера, в которых плескалась не вода, а едкая дымящаяся кислота из черных линий, пузырящаяся и издающая тихое шипение.

И в центре этого сюрреалистичного пейзажа, на горе, стояла лавка Змея Хаоса – уродливая кривая постройка, словно слепленная из обломков разных миров и времен. Не то готический собор, не то лачуга бедняка из шифера и бетона. Она меняла свои очертания, насмехаясь над заблудшими путниками, как в дурном сне.