Книга Песнь Таргитая. Гойда, страница 111 – Юрий Молчан

Мысли запутали голову, он подскользнулся. Охнул, выставил свободную руку для равновесия. Опустил ногу левее, и тут же ощутил, как ступня уходит вниз вместе с кожаной полоской. От ужаса его осыпало морозом. Удерживая Тибока на плече, Каргот рванулся вперед, не разбирая дороги — край зала уже совсем рядом!

В уши ударил скрежет и свист летящих со всех сторон стрел. Артанин несся, как сайгак, успевая миновать опасное место раньше, чем туда ударит стрела. Добежав туда, где пол больше не разбит на квадраты, он поставил Тибока на пол и, с трудом переводя дыхание, обернулся.

Илуана и воины тоже бегут, не обращая внимание на ловушки на полу. Но стрелы больше не вылетают — все принял на себя Каргот, и головы на стенах теперь пустые. Но с того конца все еще бегут преследователи. Он насчитал шесть фигур. Они подбегают к изваянию Лели и вот-вот будут здесь!

Когда Илуана с воинами благополучно оказались рядом, Каргот поманил за собой, и первый бросился вперед, освещая путь факелом, который чудом сумел пронести с собой через зал с ловушками. Девушка с воинами и Тибок устало рванули за ним, тяжело дыша и стараясь не отставать. Отбежали совсем недалеко, когда позади раздался яростный вопль «Нет!! Не трогай!!».

Затем был оглушительный грохот, и сверху впереди начала опускаться вертикальная каменная плита, испещренная загадочными узорами и письменами. Каргот остановился, стал торопить спутников, глядя, как все подземелье позади рушится с оглушительным грохотом. Со стен и потолка валятся массивные камни, куски плит и колонн, поднимая облака пыли.

Тибок с Илуаной пробежали под опускающимся краем плиты первыми. Затем, нагнувшись, проскочили два бледных, как мел, куявских воина. Каргот на миг отвлекся, высматривая в клубах пыли и падающих камней артан. Когда обернулся, плита уже опустилась больше, чем наполовину. Он прыгнул вперед, нагнулся, успев проскочить в последний момент, прежде чем плита с глухим стуком уперлась в пол, навеки отсекая путь назад.

Обливаясь потом, Драмак делал широкие нервные шаги по размеченным квадратам на полу, уже поняв, что кожаные полоски опасны. Он предупредил оставшихся в живых пятерых спутников, чтобы обходили их, если не хотят умирать в корчах прямо тут. Воины смотрят с недоверием, но стали внимательнее. С трудом, но перешагивают кожаные полоски на полу, словно там лежат ядовитые змеи. Приноровились, уверенно скалят зубы.

Покатые мускулы на голых торсах блестят от пота, красиво выпирают из-под кожи на мускулистых руках, животах и спинах. Боевые топоры болтаются в ременных петлях на поясе у каждого. На лезвиях обильные следы засохшей крови — они ворвались в город одними из первых в сотне Драмака, и сметали с дороги всех, кто попадался, не разбирая, воины или простые горожане.

И те, и другие — враги, подлые куявы, которых тцар Пуртан велел вырезать подчистую! А верховный волхв Кирилога благословил на священную войну против Куявии! Так что, чем больше убитых куявов, тем слаще награда. А ежели настигнет геройская смерть в бою, то в вирие будет ждать сорок прекрасных девственниц, готовых ублажать и выполнять все сладкие прихоти!

Артане перепрыгивали через опасные участки на полу, ступая на твердый каменный пол, пока их не ослепило сияние, исходящее от золотого изваяния в самом центре. Статуя куявской богини стоит в центре широкой каменной купели, куда из ее глаз льются похожие на слезы капли воды. Гуштан широко распахнул глаза — никогда еще не видел таких больших идолов из чистого золота! Это ж...принести эту хреновину домой и все — ты богаче тцара!! Все обзавидуются такому трофею! А что до того, что это богиня, то вражеские боги — и доблестным артанам враги!!