Книга Спрячь мои тайны в саду. Они жили во лжи, цветы стали громче слов, страница 20 – Сара Блейдс

Я поймала эту парочку за игрой в джекс, когда подали суп. Маленький красный мячик упал прямо в тарелку, и горячий бульон брызнул мне на руку.

— Ведите себя хорошо, – прошипела я.

Я отобрала у них мячик и спрятала в складках юбки. Отец и леди Монтгомери были заняты разговором, да и сидели они на дальнем конце невероятно длинного стола, так что проделку Маргарет не заметили. Но другие гости – в том числе и Дебора – посмотрели на нас с осуждением.

Чарли хотя бы смутился, но Маргарет лишь скрестила руки на груди и надулась.

— Зачем?

— Когда-нибудь ты станешь хозяйкой этого дома. Тебе нужно научиться правилам приличия.

— Когда я стану хозяйкой, в этом доме не будет никаких правил. Мы будем плясать на столе, если нам захочется, и есть шоколад в любое время.

Я чуть не зарычала от раздражения, хотя в глубине души тоже думала, что дом станет гораздо более приятным местом, когда хозяйкой станет Маргарет. Но сестре нужно было научиться вписываться в мир, где она родилась.

— Никогда не понимала, почему тетя Мэри настаивает, чтобы дети присутствовали на таких приемах, – громко прошептала Дебора сестре Памеле.

Мачеха сидела слишком далеко, чтобы услышать, но я-то была рядом.

— Да, было бы гораздо приятнее, если бы капризных детей оставляли дома с нянями и не заставляли их портить вечер своим нытьем, – спокойно ответила я, глядя прямо на Дебору и Памелу.

Дебора кинула на меня испепеляющий взгляд:

— Жаль, что ты слишком занята своими дурацкими каракулями и цветами! Стоило бы поучиться вести себя как цивилизованный член общества. Возможно, тогда ты не слонялась бы по этому дому, выпрашивая внимания у родителей.

Я сжала кулаки под столом, не зная, что обидело меня больше: оскорбление или причисление леди Монтгомери к моим родителям.

— Рисунки Ирэн совсем не глупые, – возмутилась Маргарет. – Они замечательные! Она – самый талантливый художник из всех, кого ты когда-нибудь встретишь!

— Совершенно верно, – со злобной улыбкой согласилась Дебора. – Поскольку я больше не провожу время с детьми, сомневаюсь, что мне придется рассматривать чьи-то рисунки, пока наши с Рупертом дети не пойдут в школу.

Она помахала левой рукой. На безымянном пальце сверкало кольцо с квадратным бриллиантом.

— Дебора и Руперт обручились, – льстиво добавила Памела.

— Мои поздравления, – прошипела я сквозь зубы.

Все знали, что когда-то я была влюблена в Руперта, и какое-то время наши чувства казались взаимными. Мы сбегали, чтобы после заката уединиться в заброшенном амбаре на полях сахарной свеклы. Последний раз мы встречались почти одиннадцать месяцев назад. Тогда мы поцеловались, и он сказал, что я – самая красивая девушка из всех, кого он знает. Несколько недель я представляла, что он сделает мне предложение и увезет отсюда, хотя точно знала, что этого никогда не будет. Ему суждено было жениться на ком-то вроде Деборы. На женщине, которая родилась в этом мире и полностью в него вписывалась.

И неважно, как я выглядела или одевалась. Неважно, что я почти десять лет прожила в Хейвенворте. Я всегда буду падчерицей из среднего класса.

Я отложила ложку. Аппетит пропал, сменившись жесткой изжогой. Весь вечер я была вынуждена слушать щебетание Деборы и Памелы о предстоящей свадьбе и о том, как Руперт настоял на том, чтобы сделать предложение, прежде чем он уйдет на флот. Маргарет и Чарли продолжили баловаться, хотя теперь и менее заметно. Казалось, что за этим столом хорошо всем, кроме меня.