Книга Лавка платьев для драконьих невест, страница 35 – Илина Ясная

— Он снова не пришёл вчера.

— Возможно, у человека есть дела помимо того, чтобы показываться там, где его ждёт половина незамужнего города.

— Вы говорите так, будто защищаете его.

— А моя сестра считает, что если он ещё раз откажется от приглашения, это уже личное.

— Он хотя бы знает, что у него с вашей сестрой настолько серьёзные отношения?

Комната взорвалась смехом.

Анабелла спрятала улыбку за чашкой.

Город невест.

Да уж.

Название определённо было заслуженным.

Но вскоре разговор свернул туда, куда она совершенно не ожидала.

— Кстати, раз уж мы заговорили о людях, которые считают правила необязательными… Кто-нибудь видел вчера Селестину?

Интонация оказалась настолько выразительной, что даже не знающая никакой Селестины Анабелла сразу заинтересовалась.

— Нет. Что на этот раз?

— Платье.

— С ней всегда платье.

— Не такое.

— Вы сейчас заставите нас вытягивать из вас каждую подробность клещами?

Женщина напротив возмущённо вздохнула.

— Спина была открыта почти до талии.

— «Почти» — очень удобное слово. До какой именно части талии?

Несколько дам рассмеялись.

Рассказчица показала рукой.

Кто-то ахнул.

— Да ладно.

— Я видела сама.

— И мужчины пережили?

— Именно это меня и раздражает. Пережили прекрасно.

Смех стал ещё громче.

Анабелла поставила чашку на блюдце.

— Простите, а кто такая Селестина? По вашим лицам я понимаю, что должна была либо уже о ней слышать, либо немедленно начать.

Несколько женщин разом повернулись к ней.

Лавиния первой улыбнулась.

— Вот. Наконец-то у нас появился человек, которому можно рассказать всё заново. Пользуйтесь.

— Не слушайте её, — сказала одна из дам. — Селестина Вейр — городская катастрофа.

— Это несправедливо, — лениво заметила женщина с золотистыми волосами. — Катастрофы обычно происходят случайно. Селестина всё делает намеренно.

— И кто же она?

На мгновение возникла та самая особенная пауза, которая обычно появляется перед особенно хорошей сплетней.

Одна из женщин понизила голос:

— Любовница одного весьма влиятельного мужчины.

Лавиния тут же подняла палец.

— Имя мужчины оставляем за дверью. Я обещала приличный чай, а не заседание суда.

— Лавиния, никто и не собирался…

— Собирались. Я вас знаю.

Все снова рассмеялись.

Анабелле имя мужчины было совершенно неинтересно.

— Хорошо, любовница. Но, судя по тому, как вы её обсуждаете, дело явно не только в этом.

— Конечно не только, — ответила золотистоволосая дама. — Селестина красива, умна, прекрасно знает себе цену и обладает редким даром говорить вслух именно то, что остальные предпочитают думать молча.

— И это вы называете достоинством?

— Иногда.

— До того момента, пока она не скажет что-нибудь о вас.

— Тогда становится ещё интереснее.

Анабелла улыбнулась.

Образ постепенно складывался.

Селестине Вейр было около двадцати восьми. Она жила отдельно, не пряталась, не изображала невинную родственницу своего покровителя и не пыталась выглядеть раскаявшейся женщиной, которая случайно свернула не туда.

Её приглашали на ужины.

Она приходила.

Одевалась так, как хотела.

И обладала почти раздражающим талантом через месяц увидеть на приличных дамах смягчённую версию того, что ещё недавно они называли на ней безвкусицей.

Анабелла уже откровенно наслаждалась рассказом.

Селестину осуждали с той особенной увлечённостью, которая появляется только тогда, когда человек одновременно раздражает и безумно интересует.