Книга Проект «Тот самый», страница 42 – Джули Шэн

— Я не злой, – смеётся Ёнги. – Я выносливый. Особенно когда знаю, кого жду.

Хёри приостанавливается, подойдя к машине, и оглядывается. Взгляд её в этот момент выдаёт всё, о чём она думает. Ёнги задирает голову, вдыхая глубже, а потом, переведя дыхание, снова смотрит на неё.

— Выносливый, говоришь? Вот это заявление.

— Это не заявление, – шепчет он, подходя практически вплотную и наклоняясь ближе к Хёри. – Это намёк.

Она закатывает глаза, но уголки её губ предательски подрагивают.

Первое, что делает Хёри, когда выходит из кабинета врача, не благодарит медсестру, не разглядывает бумаги и не проверяет рекомендации. Нет, она с разбегу запрыгивает на слегка опешившего Ёнги и виснет на его шее. Ёнги, хоть и готов уже к любым её выкрутасам, всё же отшатывается, хмыкает и обнимает её, удерживая над полом.

— Тебя вообще не смущают взгляды? – тихо спрашивает он на ухо, и Хёри отстраняется немного, пытаясь заглянуть ему в глаза.

В коридоре больницы шумно: пациенты ждут своей очереди, медсёстры вызывают их по одному, но людей всё равно много. И все они теперь невольно становятся свидетелями того, как явно довольная жизнью Хёри повисла на стройном мужчине в классическом костюме и чёрной рубашке.

— Ты меня две недели на руках носил почти везде. – Хёри с вызовом улыбается, поправляя растрёпанные прядки волос Ёнги. – Я привыкла, что на нас смотрят. Да и когда бы меня такие мелочи смущали?

— Действительно. – Ёнги качает головой, усмехается и, не отпуская её, разворачивается к выходу. Люди в коридоре расступаются, как волны перед кораблём. – Домой?

— Эй! – Хёри шлёпает его по плечу ладонью. – Ты обещал свидание!

Она произносит это так уверенно, что несколько женщин у стены одновременно поднимают головы и смотрят на неё.

— Да? – переспрашивает Ёнги и получает по плечу ещё раз. Он смеётся. – Да помню я, помню. Только заедем ненадолго в одно место.

Точнее, Ёнги обещал не только свидание, но и всё, что обычно идёт после него. Но он поставил условие: сначала врач должен выписать Хёри, объявить лечение завершённым. И этот день наконец настал!

— Ладно, – игриво тянет Хёри, водя пальцем по воротнику рубашки Ёнги и касаясь его шеи, – но я сегодня рассчитываю на полное погружение.

И этот её недвусмысленный намёк заставляет Ёнги замолчать на пару секунд. Он смотрит на неё так пристально, что у Хёри перехватывает дыхание.

За стеклянными дверями больницы цветёт и пахнет весна, а в сердце Хёри – восторг, граничащий с безрассудством. Потому что время летит слишком быстро, и Хёри хочется крикнуть, чтобы оно замедлилось: она не успевает проживать все те эмоции, которые дарит Ёнги. В некоторые дни он ухаживал за ней галантно, как старомодный кавалер: иногда подвозил утром на работу, вечером поджидал у офиса со стаканчиком горячего кофе в руке. В некоторые дни они сидели у неё дома: смотрели фильмы, перебрасывались шутками, засыпали на диване, разговаривая до поздней ночи. И целовались, целовались, целовались.

Активных действий Ёнги себе не позволял, сколько бы она ни намекала. Любое поползновение Хёри заканчивалось страстными поцелуями и оргазмом от ласк, а потом Ёнги, будто издеваясь, желал спокойной ночи. Его принципиальность злила, но втайне и восхищала.

А сегодня никаких повязок, никаких ограничений.