Книга Проект «Тот самый», страница 113 – Джули Шэн

Праздник идёт своим чередом, стол ломится от блюд. Хёри начинает понемногу расслабляться, чувствуя себя менее чужой в этих стенах. И тут дверь в гостиную открывается, впуская новых гостей. И Хёри не может сдержать короткий раздражённый вздох, который вырывается сам собой.

На пороге стоит Джиу, судя по всему, с родителями.

Ёнги рядом тихо вздыхает в унисон с Хёри. Он наклоняется к её уху.

— Наши семьи знакомы много лет. Отец Джиу – партнёр моего отца по старому бизнесу. Я не думал, что они придут сегодня.

Джиу, как всегда, красивая, но в её взгляде, скользнувшем по Хёри, нет прежней ядовитой холодности. Да, напряжение присутствует, однако теперь Джиу выглядит как-то иначе.

Обменявшись поклонами и формальными поздравлениями, гости рассаживаются. Джиу оказывается напротив Хёри. В какой-то момент, когда общий разговор разбивается на несколько маленьких групп, а Ёнги отходит помочь отцу, их взгляды с Джиу встречаются.

И тут Джиу, неожиданно для Хёри, тихо произносит:

— Я не хочу, чтобы вы с Ёнги считали меня каким-то монстром.

Хёри, удивлённая таким началом, лишь приподнимает бровь.

— Я не оправдываюсь, – продолжает Джиу, глядя на свои ухоженные руки. – Но ты, Хёри, не представляешь, каково это – быть перспективной инвестицией для собственной семьи. Все твои успехи – это просто шаг к одной-единственной цели: выгодному замужеству. Я думала, что смогу это обойти. Что карьера, деньги, независимость… что это даст мне право выбирать. – Она горько усмехается. – Но оказалось, что право выбора у меня было только один раз. Тогда, когда я уехала в Сингапур. А когда я вернулась, всё, чего от меня ждали, – это наконец исполнить свою главную миссию.

Она поднимает взгляд на Хёри, и та в её глазах видит странную смесь зависти, досады и смирения.

— Родители настаивали на нашем браке с Ёнги, когда я приехала. А потом я увидела тебя рядом с ним. И поняла, что ты, не стараясь, получила то, за что я боролась всю жизнь. Свободу быть собой. И его… – Её голос срывается. – Мой последний шанс на правильную в их глазах жизнь, которую я сама же когда-то отбросила, растворился.

Хёри слушает её, и раздражение понемногу уступает место чему-то другому: не жалости, а пониманию. Они были заложницами разных систем, но системы эти оказались одинаково безжалостны.

— Моя свобода тоже нелегко мне досталась. А ты не получила Ёнги не потому, что я появилась, – тихо, но чётко говорит Хёри. – А потому, что он не вещь, которую можно потерять и найти. Он человек. И он имеет право выбора.

— В любом случае я устала от этих игр. – Джиу опускает взгляд, соглашаясь кивком с Хёри. – Поговорю с родителями на днях, чтобы они перестали пытаться организовать наш брак.

— Это было бы неплохо. Потому что терпения у меня осталось совсем немного, – предупреждает Хёри.

На это Джиу ничего не отвечает. Тот факт, что она жертва собственных и чужих амбиций, не отменяет того, что она делала, пытаясь вернуть Ёнги. И Хёри, хоть и не злопамятная, помнит всё.

Разговор за столом постепенно оживляется. И в одну из пауз мать Джиу, элегантная женщина с острым как лезвие взглядом, обращается к Хёри с такой улыбкой, что от неё сводит челюсть.

— А вы, Ли Хёри-щи, такой яркий человек. Наверное, в вашей творческой среде приняты подобные… вольные манеры? – Она делает лёгкий жест в сторону Хёри, будто имея в виду её всю сразу. – У нас, в наших кругах, всё несколько консервативнее.