Книга Развод. Невеста моего мужа, страница 48 – Ксения Хиж

— У Рамиллы такой дом шикарный. Кто ей построил? — я старалась говорить небрежно, будто мне просто любопытно.

Галина засмеялась, откровенно, с каким-то злым удовольствием:

— Да кто ж ей помог? Конечно, мужики. Один ей машину покупал, второй на море возил, новый этот Свобода позывной у него, ей дом отгрохал! Мы насчитали: на стройку и отделку больше шести миллионов ушло. А откуда у неё деньги? За неё все мужики деньги платят. И она умеет брать.

Я слушала и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Шесть миллионов. Он потратил на неё шесть миллионов??? А мне говорил, что копит на вклад, что у нас нет денег на ремонт квартиры, что Мишка ходит в старой куртке, потому что деньги нужны на лекарства для бабушки. Он врал. Шесть миллионов! Да на эти деньги можно квартиру купить! А в нашем городке даже две!

Я сжала кулаки, прикусила губу. Я не буду плакать. Не сейчас.

— Спасибо, Галина, — выдавила я. — Ты мне очень помогла.

— Обращайся, — усмехнулась она. — А ты, видать, тоже не просто так здесь. Я в курсе. Знаю, чья она любовница. И знаю, что ты его жена.

Я вздрогнула, но не подала вида. Просто кивнула.

— Держись, Ирина. — Галина потрепала меня по плечу. — Мы, бабы, сильные. Мы всё выдержим.

Я вернулась в госпиталь, разбитая, но полная решимости. У меня были факты, у меня были доказательства, осталось наверняка подтвердить выпиской с его счета.

На четвёртый день я поняла: пора уезжать. Всё, что я хотела выяснить, я выяснила. Теперь домой, к сыну, к адвокату.

Утром я оделась в ту же сине-белую одежду, накрасила губы, сделала причёску. Попрощалась с медсёстрами, с Дмитрием. Он проводил меня до выхода, обнял, и я почувствовала тепло его рук.

— Держись, Ира. Если что звони, — сказал он. — Я всегда рядом.

— Спасибо, — ответила я. — Ты даже не представляешь, что это для меня значит.

Он ещё раз обнял меня и выпустил. Я пошла в палату к Артёму, чувствуя, как внутри закипает холодная решимость.

Он лежал на койке, смотрел в потолок. Увидев меня, усмехнулся той же наглой, уверенной усмешкой, от которой меня тошнило.

— Ну что, нагулялась в своём наряде? Собираешься домой?

— Собираюсь, — сказала я спокойно, хотя сердце колотилось. — Только не к тебе. Я подаю на развод.

Он вскочил, глаза налились кровью, кулаки сжались:

— Я сына заберу!

— Ты уже ничего не сможешь, — ответила я ровно. — У меня есть доказательства твоей измены. Фото твоей любовницы, её дома, её сына. Я знаю, сколько ты тратил на неё. У меня есть адвокат. Ты проиграешь.

Он замахнулся на меня, я отскочила, и он рухнул обратно на кровать, застонав от боли. Но в его глазах я видела бессильную ярость.

— Ирка, ты пожалеешь!

— Нет, Артём. Это ты пожалеешь. Но уже поздно.

Я развернулась и вышла, хлопнув дверью. Собрала вещи, села в такси и поехала на вокзал.

Вокзал был пустым и грязным, пахло мазутом. Я купила билет, прошла в зал ожидания. Села на скамейку, прижав рюкзак к груди. До поезда оставалось два часа.

Мысли не давали покоя. Решив охладиться, умыться из-под крана, я зашла в туалет. Посмотрела на себя в зеркало, включила воду, опустила лицо и пальцами помочила, как вдруг кто-то тронул меня за плечо.

Я обернулась и вскрикнула.

Передо мной стояла Рамилла.

В парике, в тёмных очках, скрывавших половину лица, но я узнала её по походке, по запаху сладких духов.