Книга Дневник мертвых бывших, страница 170 – Эмма Шиммерман

Я подхожу к коробке, наклоняясь, чтобы посмотреть поближе.

— Слоан? – Эшер выходит из ванной и замечает меня, склонившуюся над коробкой.

И мне не нужно открывать книжку, чтобы узнать, что это такое. Я четыре года таскала с собой этот дневник: я знаю, какова кожаная обложка на ощупь. Его точный вес в моей сумке с книгами. То, как нижний левый уголок начал загибаться от старости.

— Слоан, подожди.

На этот раз в его голосе звучит беспокойство. Я развязываю веревочку, открываю дневник и вижу надгробную речь для Райана, поверх которой прилегает вырванная страница, на которой некогда была речь для Джоны.

— Я могу объяснить.

Мои руки трясутся, а плечи поникают.

— Почему у тебя это? – Теперь я смотрю на него, и Эшер бледнеет под моим пристальным взглядом, вероятно решая, следует ли ему солгать или же сказать правду. – Отвечай на вопрос.

— Можем мы вернуться в твою квартиру и поговорить об этом?

— Скажи мне, почему он у тебя. – Я встаю, держа в руке дневник.

— Я не знал, что она собиралась кого-либо убивать, – тихо говорит он, и я едва слышу это поверх музыки, ревущей внизу.

У меня в горле перехватывает дыхание от его слов, его признания. Что он сыграл в этом какую-то роль.

— Ты знал? Все это время ты знал, что это была она?

— Ты должна понять: все, что я сделал, было для того, чтобы защитить тебя. Она попросила меня взять дневник, отсканировать страницы и помочь ей распространить их. Она сказала, что это был розыгрыш, просто чтобы выбить тебя из колеи. Она сказала, что хотела выиграть этот дурацкий конкурс эссе, и ей нужно было, чтобы ты скатилась по наклонной. А взамен она бы уговорила Уэса отказаться от комплекса…

— Ты позволил людям умереть ради твоего комплекса? О боже мой, Эшер. – Я прикрываю рот рукой, в недоумении качая головой.

— Когда она сообщила мне, что убила Райана, я сказал ей, что не собираюсь помогать ей с этим делом, чем бы оно ни было, и она ответила, что, если я ее сдам, она утащит меня за собой. Ты должна понять, Слоан, я бы отправился в тюрьму вместе с ней, если бы я что-нибудь сказал. Я изо всех сил пытался помочь тебе.

Я внезапно вспоминаю, как Анника рассмеялась, когда я упомянула имя Эшера, перед тем как она умерла. И как она дала мне совет касательно сюжета моего рассказа, сказав… главная героиня должна выяснить, что персонаж, основанный на Эшере, все это время обманывал ее.

Боже, она фактически сказала мне.

— Помочь мне? Ты месяцами позволял мне бесцельно носиться туда-сюда, пытаясь возложить вину на невинного человека! Мы вломились к нему в машину и в дом ни за что! Ты позволял людям умирать, снова и снова, вместо того чтобы просто пойти в полицию после Райана!

Я чувствую, как к моему горлу подступает паника, в то время как мое дыхание снова становится учащенным. Все очень логично. Как сильно Анника ненавидела его в этом году, подвергая сомнению все, что он когда-либо сделал или сказал мне. Она думала, что он расскажет мне правду, что он сдаст ее. Она ни на мгновение не верила в то, что у него были ко мне какие-либо чувства, потому что у него их никогда и не было. Он не может говорить, что любит меня, потому что это неправда. Ему просто нужно было отвлекать меня достаточно долго для того, чтобы он вышел сухим из воды. Теперь я чувствую, что начинаю задыхаться от возмущения, комната становится меньше.