Книга Пустая ловушка, страница 79 – Джон Данн Макдональд

Она рассказывала мне о своих телесных утехах. Выставляла передо мной напоказ свое тело. Смеялась надо мной и старалась вызвать во мне желание ее плоти. Рассуждала о моей сестре, своей матери, и приходила к заключению, что отношения между нами были нездоровыми, неестественными. Я часами простаивал, преклонив колени, на острых камнях, моля о наставлении. Я начал желать ее и не мог искоренить это дьявольское желание из сердца.

Вначале Прайор говорил сухо, лишь излагая факты. Теперь же его голос стал более звучным, и в его речи появились почти что библейские модуляции.

— Когда Мэри уезжала, я начинал исцеляться, но стоило ей вернуться, как я снова становился на ложный путь. В конце концов она стала дразнить меня романом, который у нее завязался с женатым мужчиной, Доддом Рэймондом, сыном старых друзей. Она дразнила меня этим, как до этого дразнила гнусными подробностями своего романа с молодым Иггером. Мэри хотела наказать меня за вымышленные жестокости, которые я якобы совершал над ней, когда она была моложе. Рассказала мне и о том месте, где она встречалась с Рэймондом. Я видел, что она проведет свою жизнь, сея порок. Я сказал ей, что ее отец был порочным и он умер. Она посмотрела как-то по-особенному, понимающе. Может быть, мое лицо показало ей слишком многое. Я знал, что она начала подозревать меня. Тогда я понял, что она тоже должна умереть. И как только это решил, почувствовал себя очистившимся.

Когда моя семья поехала на озеро неделю назад, в прошлую субботу, я припарковался рядом с клубом «Лоукаст Ридж» и двинулся следом за ее машиной, когда она покинула клуб. Я думал, что она с Рэймондом. Думал, что они поедут в это арендуемое место, о котором она говорила. Я ехал следом за ними, пока они не свернули на подъездную дорожку в старой части города. Чтобы убедиться, я развернулся, проехал обратно и свернул на эту подъездную дорожку. Мои фары осветили их, и я ясно увидел их, заключивших друг друга в чувственные объятия. Я вернулся домой, чтобы дождаться ее. Рассчитывал, что она приедет очень поздно. Но Мэри приехала раньше, чем я ожидал. Как и с ее отцом, я милосердно решил дать ей последний шанс. Сказал, что хотел бы с ней поговорить.

Она слушала меня долго, довольно терпеливо. Я старался объяснить, как ей следует бороться с порочностью, которую она унаследовала. Я разговаривал с ней спокойно. А когда закончил, она только посмеялась надо мной, стала глумиться надо мной и говорить непростительные вещи. Я отошел от машины, меня трясло. Зашел в дом, взял из своей спальни носок, вышел и набил его грязью. Когда она пошла к дому, что-то напевая вполголоса, ударил ее этим носком со всей силы, подхватил, когда она упала, и положил обратно в машину.

Я долго думал. Рэймонд нарушил брачный обет. Я нашел незнакомый мне ключ в ее сумочке. Снова проехал к тому дому, возле которого они обнимались, оставил ее в машине. Ключом открыл дверь. Я зашел и застал его в постели, тяжело дышавшего, с запахом перегара. Я ударил его дважды со всей силой тем же носком, чтобы он не проснулся. В темноте его голова была отчетливо видна на подушке. Он задышал по-другому, и это было все. Потом я занес Мэри в темный дом. Она, казалось, вообще ничего не весит. Положил ее в стенной шкаф. Зажег спичку и увидел пояс, висящий там. Накинул пояс ей на шею и затянул его. Затем опустился на колени в дверях шкафа, в темноте. Услышал слабое свистящее дыхание. Тогда затянул пояс потуже, чтобы его не слышать.