Книга Жена незнакомца, страница 21 – Анна-Лу Уэзерли

Если память не изменяет мне, дело вел Дилейни, потом его тихо передали в архив, а Марту объявили пропавшей без вести. С самого начала ситуация выглядела странной, хотя никаких улик, указывающих на трагический исход, так и не нашли. Иногда люди просто исчезают. Честно говоря, я и сам порой подумывал, не бросить ли все и не уехать куда глаза глядят. Но внутри что-то зудело, не давало мне покоя. Криминалисты ничего не нашли. Расследование закрыли. Потом нас перебросили на убийство в Сидар-Клоуз, и о Марте попросту забыли. Обычная пропавшая – таких за год десятки.

— Спасибо, мистер Райли, – говорю я, заканчивая разговор. – Вы нам очень помогли.

Хотя, если честно, не уверен, что стоит его благодарить. Как бы теперь не пришлось вместо одного убийства расследовать сразу два.

Дэн

Октябрь 2019 года

— Ну что, Дэвис, какие у тебя первые впечатления? – спрашиваю я, когда мы заходим в лифт, оставляя позади место преступления и тошнотворную вонь гниющего мяса.

Запах въелся в кожу и одежду намертво. А ведь утром я надел свежую рубашку. Фиона, недавно выйдя в декрет, вдруг решила стирать мои вещи. Признаюсь, я отвык от чужой заботы, хотя это даже приятно. Думаю, ей просто нечем себя занять. Фиона не из тех, кто любит сидеть сложа руки: после переезда она успела расставить книги в доме по алфавиту и разложить мой скромный гардероб по цветам.

«Не могу иначе, Дэн, – сказала она. – Профдеформация. Я журналистка и не умею сидеть без дела».

— Хардинг и Бейлис проверили слова мистера Райли, – говорит Дэвис. – Все верно: Эван Лоулер разводился с женой, и у них шла настоящая война из-за дочери. Девочку зовут Лили, ей почти шесть лет. Суд отдал временную опеку Лоулеру, а Бет пытается ее вернуть.

Я молча смотрю на свое отражение в зеркале лифта.

— Странно, – говорю наконец. – Обычно дети остаются с матерью. Почему суд встал на сторону отца?

— Всплыли кое-какие факты. – Дэвис заглядывает в блокнот. – Оказывается, новый ухажер Бет находился под следствием. Его имя – простите, шеф, – пока не выяснили.

— За что его привлекли?

— За жестокое обращение и вроде бы сексуальные домогательства. Подключились соцслужбы, и, пока идет расследование, ребенка забрали у матери. Мы проверяем факты и стараемся выудить подробности у соцработников.

— Понятно… – бормочу я, чувствуя, как мысли начинают работать быстрее. – Где девочка сейчас?

— Живет у отца по основному адресу.

Я качаю головой.

— О, а вот это вам понравится, шеф, – говорит Дэвис. – Вудс, оказывается, был знаком с покойным.

Я закатываю глаза.

— Только этого нам и не хватало…

Значит, детектив-инспектор Вудс изрядно попьет у нас крови.

— Так и знала, что вы будете рады, – ухмыляется Дэвис. – Говорят, они приятели по масонской ложе.

— Прекрасно, – сухо бросаю я, не испытывая ни малейшего восторга. – Даже не подозревал, что Вудс – масон. И что у него вообще есть друзья.

Мы с Вудсом никогда не ладили, но между нами существовало молчаливое, почти вынужденное взаимное согласие. Где-то глубоко внутри я даже считал его порядочным человеком.

Дэвис смеется.

— По слухам, Лоулер был весьма успешным бизнесменом и вечно отхватывал самые жирные контракты. Вряд ли можно забраться так высоко, не нажив себе десятка врагов.

— Где деньги, там всегда немало крови, Дэвис, – говорю я, хотя мотивов у нас и без того хватает: зажиточный бизнесмен с неуемной тягой к проституткам, а еще грязный развод, любовник под следствием, битва за опеку… – Фамилия Лоулер тебе ни о чем не говорит?