Книга Коллекция Брэйдинга, страница 35 – Патриция Вентворт

Все эти сведения прерывалась вопросами и криками восхищения. Низкий голос Майры Констэнтайн прокомментировал рассказ о Санси:

— Ну, мне бы не хотелось носить вещь, извлечённую из мёртвого тела — не для меня, нет. Во всяком случае, я никогда не сталкивалась с драгоценностями. У меня для них никогда не имелось ни лица, ни фигуры — возможно, поэтому. Что будет со всеми этими красивыми штучками, Льюис?

Он ответил без улыбки:

— Я завещал эту часть моей Коллекции музею Ледлингтона. Она, конечно, представляет большой интерес, но не имеет особой денежной ценности.

На сером лице Брэйдинга ничего не отражалось. Без дальнейших комментариев он перешёл к следующей витрине и начал рассуждать о рубинах. Затем — к сапфирам, изумрудам, топазам, аметистам и к знаменитым гравированным камням.

Стейси уже слышала всё это раньше. У неё появилось ужасное ощущение, что произошёл некий сдвиг во времени — что они с Чарльзом пойманы и возвращены туда, где пребывали три года назад. Конечно, это была абсолютная бессмыслица. Единственное, что никто не может сделать с тобой — заставить тебя снова пережить прошлое. Она повернулась и сказала Чарльзу:

— Я хочу уйти.

Его глаза улыбнулись ей.

— Слишком живые воспоминания?

— Нет. Не хватает воздуха.

Он коротко рассмеялся.

— Льюис будет смертельно обижен — он ужасно гордится своим кондиционером. И ты знаешь, что хочешь увидеть настоящие сокровища. Это произойдёт в ближайшем будущем.

— Я не… не хочу…

— Дорогая, я обещаю поймать тебя, если ты упадёшь в обморок.

Стейси совершенно не выглядела собиравшейся упасть в обморок. Её щеки горели. Она резко отодвинулась от Чарльза, когда Льюис прошёл за бархатную штору и скрылся из виду. Джеймс Моберли последовал за ним. Через мгновение-другое все услышали, как распахнулась невидимая дверь, и вновь появились двое мужчин, неся в руках длинный поднос, покрытый чёрным бархатом и загромождённый драгоценными камнями.

Настал миг, приносивший Льюису Брэйдингу особую радость. Ему нравилось слышать, как у гостей перехватывало дыхание, он любил смотреть, как в женских глазах возникали трепет и жадность. Происходившее, конечно, было очень тщательно рассчитано. У этих ожерелий, браслетов, кулонов и колец имелось своё место на полках внутреннего сейфа, но когда Брэйдинг собирался показать свою Коллекцию, ему доставляло удовольствие произвести эффект тысяча и одной ночи.

Стейси снова ощутила руку Чарльза на своём локте.

— Изображают из себя нубийских рабов? Я всегда чувствую, что Джеймс и Льюис перехватывают через край. Но теперь в разговор вступает султан. Только посмотри!

Её глаза последовали за его взглядом. Джеймс и Льюис поставили сверкающий поднос в центре длинного стола. Взгляд Мэйды Робинсон устремился поверх узкой чёрной бархатной полоски, обрамлявшей поднос. Все последовали её примеру, но именно Мэйда застыла, будто статуя. Её чёрное платье сливалось с темнотой бархата. На этом фоне выделялись руки, шея и ослепительные медные волосы. Она наклонилась вперёд, положив руки на стол, и неотрывно смотрела на все эти блестящие камни. В какой-то момент Стейси почувствовала, что испытывает Мэйда. Ореховые глаза стали зелёными. И сузились. Стейси пришло на ум сравнение с кошкой, выслеживающей птицу. Ощущение прошло практически мгновенно, но вытерпеть его было почти невозможно.