Книга Императрица, страница 24 – Юлия Белова

Арган, стоявший чуть в стороне, внимательно осмотрел карту.

— Десятерых варгалов хватит, — спокойно произнёс он, голос его звучал так же ровно, как лезвие, проверенное на ногте.

Генерал коротко кивнул, принимая эту уверенность как щит. В этот миг в шатёр скользнул один из воинов — запылённый, с тяжёлым взглядом человека, привыкшего приносить вести, от которых сжимается сердце.

— Генерал, — он склонился в коротком поклоне. — Прибыло письмо из столицы.

Ардэн принял свиток. Пальцы его сомкнулись вокруг него, будто он пытался выжать из бумаги саму суть происходящего. Руко, стоявший ближе всех, единственный заметил, как в один миг изменилось лицо генерала: будто по нему пробежала тень, густая и холодная, как предрассветный туман. Пока остальные командиры продолжали обсуждать детали плана, Руко тихо подошёл к Ардэну.

— Что-то случилось в столице? — спросил он тихо, так, чтобы услышал только генерал.

Ардэн не ответил. Он развернул письмо, пробежал глазами строки — и вдруг сжал бумагу с такой силой, что костяшки пальцев побелели, а пергамент захрустел, сдавленный, как горло в удушающем захвате. В его взгляде вспыхнула ярость — дикая, обжигающая, готовая сжечь всё вокруг.

В следующий миг он одним резким движением перевернул стол. Карты, чернильницы, глиняные фишки — всё полетело на пол, разлетаясь, как осколки разбитой надежды. Командующие в испуге отпрянули, глядя на своего генерала так, будто перед ними стоял не человек, а разбуженный вулкан.

Тяжело дыша, Ардэн швырнул в угол смятое письмо. Затем, не сказав ни слова, он резко развернулся и вышел, оставив за собой звенящую тишину и запах гари — будто в шатре только что пронеслась буря.

Пока командиры растерянно смотрели ему вслед, Руко наклонился и поднял брошенный свиток. Осторожно, чтобы не порвать и без того измученную бумагу, он расправил его, разглаживая пальцами каждую складку.

Письмо было от первого советника, айшира Анаташа. Весть начиналась спокойно: в столице всё под контролем, Дэниз Вейшад следит за порядком, никто не смеет нарушить мир, возведённый руками Повелительницы. Всё звучало ровно, уверенно, почти утешительно — вплоть до последней строки, которая ударила, как кинжал в спину:

«Повелительница Анна Баладжар покинула столицу в неизвестном направлении. Где она находится — никому неизвестно».

— Что там? — спросил один из командующих, голос его дрогнул, будто он уже догадывался, что ответ ему не понравится.

Руко Таш не ответил. Молча, с лицом, лишённым всяких эмоций, он бросил письмо в огонь. Пламя жадно лизнуло пергамент, и слова, которые могли бы изменить всё, обратились в пепел. Не оглядываясь, он вышел из шатра, оставив остальных наедине с их мыслями.

— Эти дикари ненормальные, — пробормотал один из командиров, нервно потирая шею.

— Они подчиняются только Повелительнице, — возразил другой, голос его звучал почти с уважением, смешанным со страхом. — Только она способна держать их в узде.

— Знаете, в такие моменты я думаю: хорошо, что мы на её стороне, — тихо произнёс третий, и в его словах не было бравады — только холодная, трезвая правда. — Сочувствую тем, кто идёт против неё.

Остальные молча кивнули. В их взглядах читалось одно и то же: это плохо. Очень плохо. Потому что когда исчезает тот, кто держит небо, оно начинает рушиться.