Книга Повелительница, страница 216 – Юлия Белова

— Скорее пытаюсь понять, — честно ответил он, не оборачиваясь.

— Что именно? — Анна подошла ближе, и он уловил тонкий аромат её духов — жасмина и чего‑то терпкого, восточного.

Он медленно обернулся и посмотрел ей в глаза — глубокие, как омуты.

— Понять, зачем всё это было нужно, — произнёс Магнеш глухо. — Всё это противостояние… чувства… смерти… По твоему замыслу погибли мои близкие. Я должен тебя ненавидеть. Обязан! Но вот я смотрю на тебя и… — он запнулся, сжал кулаки, — не чувствую ни капли ненависти.

Магнеш покачал головой и резко отвернулся, будто стыдясь собственной слабости.

— Видимо, моя мать была права. Ты меня околдовала.

— Дело не в колдовстве и даже не во мне, — тихо ответила Анна. Её голос звучал ровно, но в нём угадывалась скрытая теплота. — Ты просто здраво смотришь на всё случившееся и прекрасно понимаешь, что в том не было ни твоей, ни моей вины.

Магнеш снова покачал головой, упрямо, почти по‑детски.

— Ошибаешься, — прошептал он. — Дело именно в тебе… и в тех чувствах, что тлеют в моей груди, будто угли под пеплом.

— Не надо, Магнеш, — остановила его Анна, и в её голосе прозвучала непривычная мягкость. — Не стоит говорить того, о чём мы потом оба пожалеем.

— Но это выше моих сил, — дрогнувшим голосом произнёс мужчина.

В его голосе смешались горечь, сожаление, безысходность и презрение к самому себе — целая буря эмоций, которую он больше не мог сдерживать. Сердце Анны дрогнуло. Перед глазами всплыл другой Магнеш — восемнадцатилетний юноша с вечной улыбкой на губах, беззаботный и светлый, словно солнечный луч.

В саду, куда выходили окна галереи, показалась стайка девушек — шесть стройных фигур в лёгких платьях. Никто из непосвящённых не догадался бы, что четверо из них — не просто придворные дамы, а прекрасно обученные воины. Выпускницы специальной школы под руководством Нины, прошедшие жёсткую подготовку. Даже варгалы приложили руку к их обучению — и это читалось в каждом движении: плавных, расчётливых, смертельно опасных.

Анна невольно улыбнулась, наблюдая за тем, как темноволосая девушка ведёт за руку девочку. Девчушка что‑то оживлённо рассказывала, весело подпрыгивая на ходу. Селения Анирьер уже мало походила на ту зареванную, испуганную малышку, которой впервые предстала перед Анной. Теперь это был активный, любознательный, смеющийся ребёнок — словно цветок, распустившийся после долгой зимы.

— Эту малышку зовут Селения, — с тёплой улыбкой произнесла Анна, её голос прозвучал мягко, почти нежно. — Это твоя племянница, дочь Тамиши.

Магнеш резко обернулся к ней, в глазах вспыхнуло удивление — будто молния прорезала сумрак его мыслей. Затем он снова устремил взгляд в сад, где Селения весело прыгала рядом с девушками. Он смотрел на ребёнка — долго, пристально, с какой‑то жадной нежностью, словно пытался впитать в себя каждый миг, запечатлеть в памяти каждый изгиб её силуэта, каждую искринку в глазах.

— Я слышал, что ты вернула Левинию её законному наследнику, сыну умершего короля Анирьера, — не отрывая взгляда от девочки, произнёс Магнеш. — Это ведь тоже ребёнок Тамиши?

— Они близнецы, — подтвердила Анна, и в её голосе прозвучала едва уловимая грусть.

— Значит, мой племянник — король? — усмехнулся мужчина, но в этой усмешке не было веселья — лишь горькая ирония судьбы.