Книга Повелительница, страница 21 – Юлия Белова

— Не нужно, — покачал головой Эманель. — Ты сделала бы это, будь там даже незнакомый тебе человек. Это было видно по твоему взгляду. По тому огню, который пылал в твоих глазах. И ведь не даром в ту же ночь твой страж отправился в бараки рабов, а на следующий день ты лично уже была там.

Вот теперь ему удалось сильно удивить Анну. Она широко распахнула глаза — на мгновение маска спокойствия дала трещину, — но тут же быстро взяла себя в руки и стала совершенно спокойна, лишь пальцы чуть крепче сжали край стола.

— Неужели наследник Хорты следил за мной? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Каюсь, было такое дело, — кивнул мужчина, и в его улыбке промелькнула лёгкая виноватость. — Просто мне не хотелось, чтобы та храбрая малышка пострадала по собственной глупости. Возможно, именно этим простая девушка Анна и смогла меня покорить. С тех пор я очень внимательно следил за тобой. И ни капли не удивился, и искренне был рад, когда ты стала тем, кем являешься сейчас. И… мне жаль твоего ребёнка.

На это Анна ничего не ответила. Честно говоря, не такого она ожидала. Она подозрительно посмотрела на сидящего перед ней мужчину — но не с гневом, а с растерянностью, которую тут же постаралась скрыть. В груди что‑то дрогнуло: впервые за долгое время кто‑то говорил с ней так открыто, без масок и уловок. И от этого становилось одновременно тревожно и… приятно.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов в углу. За окном шелестели листья, а свеча на столе едва заметно колебалась, отбрасывая танцующие тени на стены. Анна глубоко вздохнула, собираясь с мыслями.

— Значит, ты следил за мной всё это время? — наконец произнесла она, и в голосе её прозвучала не угроза, а скорее удивление и попытка осознать услышанное.

Эманель не отвёл взгляда.

— Следил, — подтвердил он просто. — И ни разу не пожалел об этом.

— Знаю, что это выглядит весьма подозрительно, — Эманель снова откинулся на спинку кресла, и на мгновение в его позе проступила та же непринуждённая небрежность, что и раньше. Но взгляд, обращённый в никуда, выдавал глубину воспоминаний. — Но моё желание о дружбе между нами — оно искреннее и исходит от самого сердца. Чтобы поверить в это, я немного расскажу о себе.

Он сделал паузу, словно взвешивая, с чего начать. Свеча на столе чуть колыхнулась, бросив трепетный отблеск на его лицо — на мгновение тени подчеркнули резкость скул, глубину глазниц.

— Я — сын короля Хортии и его второй супруги, Мирель. Она покорила сердце короля с первого взгляда. Его отношения с первой супругой давно были на грани. После нескольких неудачных беременностей, после странной смерти трёх дочерей король берёг и опекал Мирель, которая забеременела. Он держал её в отдалённом дворце — никто не имел права туда войти, кроме него и нескольких доверенных лиц.

Эманель сжал пальцы в замок, и Анна заметила, как побелели костяшки.

— Когда Мирель родила, ребёнка якобы похитили. И до самых своих последних дней король утверждал, что так и было. Хотя на самом деле… меня просто отдали на воспитание служанкам. Воспитывали как одного из мальчиков‑лакеев.

Он помолчал, затем поднял глаза на Анну — в них читалась горькая усмешка.

— И знаешь, почему я всё это вспоминаю? Потому что Мирель, моя мать, была рабыней. Её продали за долги и выставили на торги на рынке Оттаморы. Думаю, ты не понаслышке знаешь, что это такое.