Книга Чтица императора, страница 70 – Елена Алексеевна Кузнецова

— Хорошо, что ты это понимаешь.

В наступившем молчании и взглядах императора, устремлённых на меня, мне чудился непроизнесённый вопрос или несказанные слова, потому я тоже молчала, ожидая, пока император скажет то, что явно собирался. Но он не сказал больше ничего. Поцеловал только, прощаясь до вечера, и мы расстались. Я вернулась в свою комнату, где ждали служанка и доедающая принесённый ею завтрак Мара. Едва дождавшись, пока она поела, я поспешила озадачить их новыми поручениями.

Обрадованная тем, что сидеть взаперти не придётся, я кипела энергией и готова была отправиться в несколько мест сразу. Помня вчерашнее распоряжение Дамиана не подпускать здешних служанок до меня без надзора оборотней, я отправила приставленную ко мне горничную к нисе Софиас, узнать, сможет ли та меня принять, а сама при помощи Мары переоделась из домашнего в более тёплое и нарядное платье, которое к месту будет и в прохладных залах библиотеки, и на прогулке в парке.

Ниса Софиас подтвердила, что я могу побывать и в библиотеке, и в парке:

— Вам открыты все двери в герцогском дворце и пути в Финлиссе. Вряд ли кто-то рискнёт встать у вас на дороге, учитывая, кто ваш покровитель.

Слышать такой прямой намёк на императора мне было не слишком приятно, но и отрицать очевидное всем не имело смысла.

— Поблагодарите герцогиню Юстиниану за столь любезное разрешение. Тогда я прямо сейчас воспользуюсь им и отправлюсь в библиотеку.

— Вы могли бы поблагодарить и сами, – намекнула ниса Софиас. – Думаю, госпоже было бы приятно это услышать.

Я не чувствовала себя готовой к встрече ни с герцогиней, ни с кем-то ещё из моего прошлого.

— Обязательно сделаю это, но позже. Сейчас герцогиня наверняка очень занята. Всё же столько гостей в её доме.

— И каких! – тонко усмехнулась дама.

— Не хочу отрывать её от дел. К тому же мне не помешает выбрать что-то для чтения императору.

— Конечно, конечно, – в улыбке нисы Софиас мне почудилось ехидство, – надо же спасать его от бессонницы.

Я не стала ничего отвечать. После вчерашнего заявления Дамиана подобные шутки вполне ожидаемы. Наверно, стоило ответить какой-нибудь изящной колкостью, но мне это редко удавалось. С детства привыкла в таких случаях держать лицо и делать вид, что не слышу насмешки. Показывать зубы спокойно могут лишь те, у кого они есть. Я же, принятая во дворец из милости, росла, зная, что за моей спиной никого нет, и если мне удастся в ответ на насмешку задеть противницу слишком сильно, то пострадаю лишь я сама.

Вот и сейчас я поступила так же, как делала в прошлом - предпочла скрыться от всех вначале в тишине полок и книг, а потом, когда зимнее солнце хоть немного согрело воздух, отправилась на прогулку в парк. Сейчас, без листвы, он был не так красив, как летом и осенью, но в изгибах дорожек и мостков, узорах ветвей и пятнах густой зелени хвойных кустов и деревьев было своё очарование.

Я постаралась быстрей уйти с парадной части парка. Несмотря на холод, здесь можно было встретить прогуливающихся придворных, вырвавшихся на свет и свежий воздух из-под каменных сводов дворца. Кто-то просто привык к прогулкам, а кто-то искал уединения, чтобы обсудить животрепещущие новости.

Но я спешила углубиться в древесные заросли не только потому, что видеть арджурцев не слишком хотелось, а потому, что нетерпелось вновь увидеть те места, что любила с детства, когда красота потаённых уголков парка дарила мне покой и утешение.