Книга Чтица императора, страница 56 – Елена Алексеевна Кузнецова

— Это невозможно. Ниса Эвелин входит в мою свиту и будет жить вместе со мною.

Последнее прозвучало несколько двусмысленно, но могло быть списано на неудачную формулировку. Если бы император на этом остановился.

— Из-за военных передряг я страдаю бессонницей, – с наглой улыбкой продолжил император. – И только нежный голос моей... чтицы меня успокаивает. Поэтому нису Эвелин поселят в комнате, смежной с моей спальней.

Говоря так, император наверняка хотел оскорбить хозяев, демонстрируя, что ему плевать на приличия и в их доме правила устанавливает он. Но униженной почувствовала себя я. И дело вовсе не в Федре! Он, если верить Гарибаду, готовил мне примерно такую же участь, разве что ему никогда не хватило бы смелости настолько откровенно пренебрегать условностями. Но среди дам, сопровождавших герцогиню, было несколько женщин, которые знали меня с детства и всегда относились ко мне хорошо.

А Дамиан сейчас перед всеми показал, что я для него лишь игрушка, чьё доброе имя он ни в грош не ставит. Он с вызывающим превосходством смотрел на герцогиню, словно подталкивая её к спору.

Я сжалась от неловкости. Если герцогиня попытается сказать что-то против, император явно не остановится. И наговорит ещё много плохо замаскированных оскорблений. Похоже, Юстиниана поняла это так же ясно, как я. С ней давно никто не спорил, и потому отступление далось ей тяжело.

— Что же, тогда не стану вас задерживать, – процедила она. – Позвольте представить вам мою придворную даму нису Софиас и ниса Никифора Вриенния. Они отвечают за то, чтобы вам под крышей нашего дома было удобно. Они проведут вас в ваши покои и ответят на все вопросы.

Уход герцогини напоминал бегство, так стремительно она развернулась и вместе со своей свитой, герцогом и Феодотой покинула нас. Уходя, Федр бросил на меня внимательный взгляд, значение которого я не могла и не хотела разгадывать. Похоже, я его разочаровала.

— Что же, ниса Софиас и нис Никифор, – как ни в чём не бывало обратился к оставшимся арджурцам император, – ведите нас!

Он протянул мне руку, явно рассчитывая, что я обопрусь на неё, но я предпочла сделать вид, что не заметила, уставившись под ноги и спрятав руки под плащ. На улице мы находились уже довольно долго, а ветер, хоть и слабый, усиливал холод.

К моему облегчению, Дамиан не стал настаивать, а просто двинулся вперёд и принялся расспрашивать наших сопровождающих о том, какие покои отвели его свите, где расположится охрана и слуги, как далеко конюшни, и о прочих деталях нашего размещения. А я шла и жалела о том, что оказалась здесь. Даже эти первые минуты моего пребывания в герцогском дворце показали, что всё будет ещё хуже, чем я думала раньше.

Восточное крыло всегда отводилось почётным гостям герцогства, всяческим посольствам и делегациям, потому в прошлом я его никогда не посещала. Если бы не моё мрачное настроение, то я бы с любопытством сейчас рассматривала гобелены и картины на стенах, скульптуры в простенках, но теперь могла лишь думать о том, что ниса Софиас, одна из тех, кто помнил меня с детства, и всегда хорошо ко мне относившаяся, станет соучастницей моего позора. Ведь именно она определит мне комнату, столь откровенно смежную со спальней императора. Но всё оказалось ещё хуже.