Книга Владыка небес: (Не) желанная рабыня, страница 45 – Валентина Ананнет

В большом зеркале на стене я вижу как Триста омывает роскошные ноги. Вижу как сотрясаются хрупкие плечи, как ладошкой рабыня зажимает свое рот. Я не слышу ни звука доносящегося из соседней комнаты, но вижу как Триста заходится в немом крике отчаяния и боли. Сердце болезненно сжалось в груди, так будто сейчас разорвется, рассыпется осколками настолько мелкими, что невозможно будет собрать воедино.

Что я творю? Во что превратился? Я использовал девочку, забрал у нее самое ценное, то что она бережно хранила для особенного человека. Возможно для меня, но эта слабая надежда не смогла укорениться в сознании. Чем я лучше ненавистных мне князей, тех что отчаянно желают моей смерти? Как и они я воспользовался своим положением, как и они лишил невинную девственности, как и они выбросил за ненадобностью.

Возможно Триста не так уж и невинна, но не заслужила такого к себе отношения. Может и заслужила, но где то в глубине своего сознания по прежнему верю, что это не так. Глазами неотрывно слежу за девушкой через зеркало на стене, а мыслями прокручиваю все то, что удалось из нее вытянуть допросами.

Кеган. Загадочная личность, темная лошадка. Служит Кару, но хранит мне верность, по словам его названой дочери моей предательницы рабыни. Он предупредил ее о готовящемся покушении, он не стал ждать и отправился в ущелье лично, он спас много людей, убил одну из наемниц своего же князя. Странно, что поддержал замысел Тристы поклясться Кару в верности, но возможно в этом и заключался их совместный план. Усыпить бдительность, только не мою… его.

Гверн. Увидел в Тристе человека, которому можно доверять. Именно к ней пошел, узнав о покушении на мою жизнь, именно ее поддержкой заручился. Мой советник далеко не глуп, видит дальше чем большинство тех кто мне знаком. Возможно даже дальше меня самого. Мой разум затуманен сомнениями и обидой, его же сознание девственно чисто. Он может оценить ситуацию не предвзято и принять верные решения.

Триста отчаянно боролась за мою жизнь этим утром. Не пропустила мимо ушей предупреждения, изо всех сил старалась удержать меня в комнате, хоть на несколько лишних секунд. Ее поведение ставит под сомнение ее верность Кару, в этом просто нет ни малейшего смысла. Предательницы так себя не ведут, она должна была отпустить меня без лишних вопросов, позволить тискам смерти сомкнуться на моей шее.

“Отчасти” ответила она на мой вопрос, значит есть еще чтото. Не только тенью она хотела стать. Пошла рабыней, принесла мне на блюде свою девственность. Для кого себя хранила? Не поверю, что на такую красотку не было охотников. Страшно представить скольким из них пришлось лишиться достоинства. А было их немало, если вспомнить кинжал Тристы и ее дикий нрав.

“Я говорила лишь то, что он хотел слышать” это тоже может быть правдой. Не могу отрицать очевидных вещей. Вполне возможно, что не услышь я того разговора, все бы сложилось совсем иначе. Не выросла бы между нами стена, ее лживая верность Кару, так и осталась бы лишь сказанными по необходимости словами. Однако я слышал и теперь терзаюсь сомнениями.

Вижу как расправились плечи моей рабыни, как маска холодного безразличия легла на ее лицо. Решительно Триста двинулась к двери и предстала предо мной, все той же сильной и не по обстоятельствам гордой девушкой. Рабыня излучает силу, уверенность в себе и своих силах. Плевать я хотела на твое мнение! Говорит ее взгляд, невольно усмехнулся этому чудному образу.