Книга Минута до Бруклина, страница 240 – Марк Алонский

Знаешь, со мной тоже случилась крайняя точка. Даже не одна! Одной мне, видимо, было бы недостаточно.

Я встретила незрячую женщину, которая прониклась моим искусством просто так, с моих же собственных слов. Мне ничего не нужно было ей доказывать, она просто выслушала мой рассказ о ненаписанной картине, сама предложила себя в качестве слушателя. Что-то сломалось во мне тогда. Что-то сломалось во мне и до того, когда ты ушел. Во мне стало очень много поломок.

Эта женщина, не прося ничего взамен, не зная правды о том, каким я была чудовищем, захотела разделить со мной ненаписанную картину просто потому, что услышала, как „тревожно“, так она выразилась, звучали мои шаги. Я не заслуживала хорошего отношения, но она окутала меня им просто так, и это было прекрасно и невыносимо. Это поразило меня настолько, что я провела недели в поисках этой женщины (ее звали Ирис), но больше ее так и не встретила. Потом я поняла, что искала даже не ее, а доброту и протянутую руку. Осознание этого подстегнуло мое покалеченное сумасшествие, и я последним рывком бросилась в новую гущу событий. Мне снова нужен был допинг.

Ты спросишь: „А как же я, Ева? Ты бросилась искать женщину, которую едва знала, но не бросилась за мной, когда я покинул твою квартиру?“

Да, все было именно так. Мне жаль, мне тысячу раз жаль, но позволь вернуться к этим вопросам в самом конце.

Моя уверенность в том, что я смогу создать идеал, давно стала как вспоротый мешок с горохом. Моя уверенность вся рассыпалась. Я латала эту дыру, предавая Тима, хорошего парня, никогда не отказывавшего мне в помощи, предавая Эмму, мою лучшую подругу, понимающую меня с полуслова. Я находила врагов во всех, кто мог увести меня в действительность из моего иллюзорного мира. Я не знала, что настоящий враг окажется ТАКИМ. Я не знала, что он смотрит на меня из каждого зеркала.

Что было еще? Наверное, не меньше сотни горьких моментов на грани, которых легко можно бы было избежать, которых вовсе могло бы не быть, если бы не мой воспаленный рассудок.

Как-то раз меня затолкали в полицейскую машину, держа за волосы.

Как-то раз я стала причиной пожара на выставке.

Как-то раз я неделю не выходила из квартиры. Я закрасила окна черной краской, чтобы не видеть зданий настоящего Бруклина. И чтобы никто снаружи не увидел меня и не вызволил вдруг из этой собственноручно изготовленной ловушки.

Получила ли я по заслугам за свое отношение к миру? Да. Наверное, кто-то скажет, что недостаточно. Но, кажется, наказание выбрало самую правильную форму. Я долго использовала людей, и карма решила показать мне вид из другой ложи.

Я была на сцене, размахивала руками, потакая своей одержимости, плевала в толпу, и толпа терпела эти выходки. Я гнала остальных актеров прочь, а потом вдруг потянула на сцену случайного зрителя.

Он не выглядел как зло. Я ему в этом не уступала. Зло не обязано выглядеть как монстр, знаешь. Я — прямое тому доказательство.

Я боролась, кричала и кусалась, пока не получила кулаком по зубам. Потом я лежала молча, была безучастным реквизитом в этом спектакле, в этой отличной пародии на саму себя. Случайный зритель был вежливым, не вызывал опасений, а потом повел себя так, как ему захотелось. Взял то, что ему было нужно. Сравни, Ева, так я говорила себе, глотая слезы, чем вы отличаетесь?