Книга Минута до Бруклина, страница 189 – Марк Алонский

Я привела квартиру в порядок. Сняла со стен все рисунки. Заправляла за собой постель, даже покрывало себе купила.

Вдохновение умолкло. Я знала, что это не навсегда, и просто позволила себе быть судном во время штиля.

О событиях прошлого месяца я вспоминала так, словно глядела на них со стороны. И я предугадывала, что следующее столкновение с Бруклином может быть еще масштабнее как в плане накала эмоций, так и в плане последствий.

Я купила рулон холста и два мольберта. Закрывшись в квартире, я целый день потратила на то, чтобы натянуть холст между мольбертами. Теперь растяжка занимала практически всю площадь единственной комнаты.

За пару дней растяжка наполовину скрылась под черно-белыми крышами. Я рисовала без энтузиазма, словно ходила на работу, потому что «надо».

Сегодняшний прогноз погоды обещал ливни и грозы. Я осталась дома и позволила себе маяться от скуки. Лежа на заправленной постели с «Полночными воспоминаниями» Шелдона, я не заметила, как меня сморил сон. Кажется, что сначала мое сознание задремало, а потом попыталось вынырнуть из этого сна. По итогу я осталась где-то между явью и владениями Морфея.

Я зависла в воздухе над пустыней. Песок был красным, а я, кажется, была закатным солнцем, растекающимся последними горячими лучами.

Я слышала шелест барханов. Песок перешептывался громко, у него была тайна, и он хотел, чтобы эта тайна была услышана.

Я вгляделась в происходящее внизу. Невидимой кистью ветер счищал песок со вдруг открывшихся взору руин. Они проступали из-под песка медленно, они были погребены под его толщей много веков назад.

Это были руины древнего города. Он не был ни Атлантидой, ни Троей, потому что те не могли бы похвастаться подобным величием.

Город сиял бы квазаром, если бы не беспощадное время. Его архитектура сохранила лишь бледную тень былой красоты. Восставшая из песка и веков, она недостижимой и навсегда утраченной идеей потрясла бы любое искушенное воображение.

Крыши города простирались за горизонт и им не было числа. Я подумала, что люди построили свою цивилизацию поверх этой, уничтоженной, но превзойти ее не смогли. Более того, никто и не подозревал о том, что скрывалось под песчаными барханами, пока планета, словно старую кожу, не сбросила с себя тонны песка.

Здания причудливо закручивались, взмывали вверх, а их крыши, пестрящие крошечными деталями, были самой тонкой работой. Воссоздать подобное было бы невозможно с текущим уровнем технологий, но это можно бы было перерисовать.

В самом центре этого великолепия в небо уходила спиральная башня, от которой во все концы света тянулись резные мосты. По этим мостам можно было дойти куда пожелаешь, хоть в рай, хоть в ад.

(хоть в Бруклин?)

(настоящая утопия)

Не было сомнений в том, что передо мной простирался тот самый город, который я пыталась воссоздать годами. Я рисовала крыши, потому что не была готова к тому, чтобы сойти вниз и увидеть весь город воочию.

Теперь ОН допустил меня к себе. Показал то, что я должна была нащупать сама. ОН был бесконечно милосерден, даже после того, как я спалила чужое искусство.

Мне нужно было просто оказаться внизу, отбросить все, что пыталось меня сдержать. А что меня удерживало?..

Я вспомнила школьных друзей, а еще Аарона, Эмму и Тима. Я распрощалась с ними со всеми, и, приняв мою жертву, ОН приглашал меня стать ЕГО единственным жителем.