Книга Сломанная кукла, страница 73 – Янка Рам

И вот я снова в Питере.

— Светлый или темный?

— Понятия не имею, - озадаченно рассматриваю несколько манекенов.

Это мой первый костюм. Никаких событий, которые его бы требовали раньше, у меня не случалось. Максимум обходился рубашкой и брюками.

— Вот этот, итальянского кроя, должен идеально сесть на вашу фигуру. Хотите примерить? И изумрудный галстук!

— Нет, я не попугай, давайте классику. А лучше вариант без галстука.

— Тогда, предлагаю выбрать вариант “негатив”. Прятать ваши формы в серую классику - преступление.

Мне приносят светлый костюм и черную рубашку. Черный ремень.

"Псих, ты где?" - смс от Ивана.

"Еду".

"Поторопись".

Швеи прямо на мне прихватывают немного в талии.

— Я тороплюсь.

— Пять минут! - стягивают с меня пиджак и брюки, чтобы подшить.

Расплачиваюсь.

Нда. Сумма не детская. И я бы хотел потратить эту сумму лучше на Божену. Но таких полномочий и привилегий у меня нет - присутствовать в ее мире. Поэтому, пусть так, если это доставит ей удовольствие. Мне, кажется, что - да.

Это моя капитуляция... Пусть увидит ее. Она ничего не меняет между нами. И всё же... меняет что-то важное. Мой реактор доволен этим сливом бабла.

Странная история, самая моя глубокая связь с женщиной не имеет под собой никакой почвы, никакой физики, никаких перспектив. Но она сродни тому ошейнику, что носила Божена - ценная, душит, надета помимо моей воли и хер снимешь.

Я первый раз в жизни покупаю букет.

Слишком много "первых раз", Псих, не находишь?

Народу тьма...

Иван встречает меня у запасного выхода. Там дежурит Скорая.

Это он сообщил мне вчера про то, что Божена решила выйти на сцену. Возможно, в последний раз. И если мне важно...

Мне важно.

Смотрит мимо меня в толпу.

— Зольников... Потерял кого-то?

— Вау. Ершов. Тебя только по шраму узнать можно! Жених! - стебется он.

— Ой, отвали...

Угорая, пожимаем руки.

— Ничего себе сколько балетоманов! - дёргаю бровями.

— Я тебя умоляю, Псих! Это "Ярмарка тщеславия", сюда шмотки от Кутюр и бриллианты выгуливают, хвастаются любовниками при должностях и роскошными любовницами из шоу-биза, заявляют статус. А у балетоманов денег столько нет, сколько сюда билет стоит.

— Жаль...

— Чего тебе жаль?

— Что Женя будет танцевать для них.

— Для тебя она будет танцевать...

Она не знает, что я приеду, так что - вряд ли.

— Ну и для Мансурова, конечно.

— В смысле? - дергаюсь я.

Останавливаемся на лестнице.

Оглядывается, пропуская несколько человек.

— Короче, все это представление - это ловушка, - шепотом. - На афишах ее нет. И до вчерашнего вечера никто не знал, что выйдет она именно сегодня. Так что у него не было шансов серьезно подготовиться.

— Он же не идиот - в нее попасть.

— Божена твоя... - закатывает глаза. - Не дождалась пока эту ловушку подготовят полностью. И... позвала его сама. И позвала так, что вероятно, он придет. Спровоцировала по-полной!

— Черт! Дурная... Где она? Как она смогла с ним связаться вообще?! Лазарев же убрал всю связь. А вы куда смотрели?? Отец ее куда смотрел?

Я злюсь… Потому что был полностью уверен, что она в безопасности. Но это всё небезопасно.

— Я не знаком с деталями, Псих. Но команда, конечно... негодует, блять. Характер у твоей Жени тот ещё! Упёртая как баран.

— Я хочу увидеть ее.

— Это пока невозможно. За кулисами охрана чекает по лицам. К сцене допущено всего несколько проверенных человек из персонала и танцоры. И проработана схема разделения зон контроля. Там оцепление. За него отвечаю не я. Я - за партер.