Книга Выйду замуж за спасателя, страница 46 – Янка Рам

Параллельно с этим запрыгивает на диван и спрыгивает с него. Запрыгивает снова и спрыгивает.

Я даже не сразу узнаю, что за стих.

Мирон собирает Лего. Ярик пишет тест. Алина учит что-то, сидя в одном наушнике.

— Вега, а что такое — бахгамою? — уточняет Мирон.

Ему тоже сегодня учить "Берёзу".

— Такие висячие штучки на одежде.... - печатает на ноуте Вера. — Словно нитки распустили.

— Обходяк ругомоб шыпа етвет ки! — речитативит с энтузиазмом Иринка.

— Ир? Про что стих? — усмехаясь, спрашиваю я.

— Про берёжу! — радостно.

— Точнее....

— Бахрому!

— А что такое ругомоб?

Пожимает плечами.

— А шыпа?

— Вжрошлые придумают, а дети — учи! — возмущённо.

— Ясно. Ты что — просто набор звуков выучила? — удивляюсь я.

— Да-да-да! — прыгает.

— Интересно как она учила, Вер?

— Подозреваю с озвучкой роботом. Иди-ка читай глазами! — отправляет её переучивать Вера.

— Нечешна! Я уже так выучила!

— Ира, ну это же полная ерунда! — ругается Вера.

— Жадают ерунду! Я тут не при чём!

— Просто ты не хочешь читать. А Мирон отлично уже читает. Посмотри сколько у него интересных книжек....

— Потому что он очкарик!

— А ты шепелявая!

— А ты картавый!

— Стоп! — торможу их.

Но ругаются они без злобы и эмоции. Так.... от скуки.

— Дай-ка.... - снимает Вера с Мирона очки.

Смотрит на свет. Протирает заляпанные линзы.

— Добрыня, ему очки пора менять. Он упоры погнул. Так нельзя носить, нам окулист сказал....

— Да? А нам ничего не сказал....

У меня у самого зрение отличное, я честно говоря, всех тонкостей не знаю.

— Хочешь, я схожу с ним к нашему?

— Хочу.

Всё — хочу. И не только Веру, как красивую женщину. А ещё и вот этот страхующий элемент, когда сам заебался и не вывозишь какие-то мелочи. Но есть ещё какой-то вменяемый неравнодушный к детям взрослый, который их заметит и подхватит.

— Запишу его на субботу, — погружается снова в ноутбук.

— Вер.... Нелицеприятный — это же неприятный? — отрывает глаза от теста Ярый.

Вера отрицательно мычит.

— Это справедливый, объективный, не подыгрывающий никому. Судья, например.

— О, как... Ладно.... - озадаченно.

— Вот нам бы таких, да, Вер? — поигрываю ножом.

— Что делать с этими фотками? — начинает опять переживать она.

Сказал бы я что с ними делать, но версии у меня все людоедские и очень жёсткие. И, наверное, Иришку втягивать в такие версии неэтично.

— Ма-а-ам.... - поднимает глаза Алина. — Ну ты как маленькая! Веди Ирыча к психологу в опеку, пусть она там жалуется на Ирину Альбертовну. Типа у неё как это.... - отыскивает мой взгляд своим.

— Травма? — подсказываю.

— Точно! — щелкает пальцами.

— Алинка — голова, — одобряю я. — Дело говорит.

А я бы к ментам потащил. Но психолог лучше... Менты бестактные, могут реально ребенку в голову взрослых интерпретаций накидать своими вопросами. Ненамеренно. А девочкам уж точно не стоит взрослеть быстрее положенного.

— Бать.... - двигает Ярик с недовольно гримасой мой вибрирующий телефон по столу ко мне.

Мимо Веры и Алины.

Вера и глазом не ведёт, а вот Алинка без смущения засовывает на мгновение свой нос в экран.

Бросает на меня презрительный взгляд.

А чо так?

Заглядываю сам в экран.

О, мля.... Аделина! А она у меня на вызове в не совсем приличном виде. Нет, в одежде, конечно....

И что названиваем?

— По работе, — зачем-то сухо оправдываюсь перед Алинкой, как идиот.