Книга Брак с гарантией, страница 20 – Янка Рам

Его руки, полёт, крыльцо, кровать, отключка.

Разлепляю глаза.

Как же хреново...

— «Выбегу, тело в улицу брошу я. Дикий, обезумлюсь, отчаяньем иссечась»... — лепечу, бросая свое тельце с живота на спину.

Корсет сдавливает грудную клетку. Ноги путаются в юбке.

Как это все произошло со мной?

Режиссёр... Все началось с того, что он решил облапать Джульетту со своими ценными предложениями. И память вдруг выдает калейдоскопом все, что было после.

Как я ему двинула, как прямо в костюме ушла из театра, ликер, Север, монолог...

— "Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколь-нибудь развязанное...", — лепечу на автомате, глядя в потолок.

А потом он нес меня на руках сюда...

— Нет! Пожалуйста, только не это, — зажмуриваюсь я. — Фу, какая гадость, Идионина!

Поспешно задираю юбку, проверяя, на месте ли кружевные панталоны Джульетты.

На месте.

Уф...

Поспешно подлетаю с кровати.

Но панталоны вещь ненадежная. Их в конце концов можно стянуть и натянуть, да?

Делаю несколько шагов, прислушиваясь к телу. Это отвратительное ощущение после мужчины ни с чем не перепутать.

И... его нет. Тошнота — есть. Головная боль — есть. А "этого" нет. Только очень хочется в душ.

Всё-таки Север порядочный человек, не смотря на то, что эскорт!

Покрутившись перед зеркалом, прихожу к выводу, что корсет мне самой не расшнуровать.

Услышав звук на кухне, плетусь туда.

Север заваривает чай.

— Мне о-о-очень стыдно... — плюхаюсь на стул. — Доброе утро.

— "Первое правило бойцовского клуба..."?

— Не упоминать о том, что было на пьянке, после пьянки?

— Бинго.

— Я вынуждена просить вас, уважаемый Север Гордеевич, расшнуровать мой корсет. Вы человек опытный, должны справиться.

Наливает чай себе и мне.

— Давай, только быстро, — делает глоток чая.

Прижимает телефон к уху плечом, разговаривая с кем-то, и развязывает на моей спине шнурки.

— Здорово, Светозар. Там у меня на утро две новых клиентки. Мхм... Да должен успеть.

Светозар — это типа сутенер, да? Или как там у них устроено?

Конечно, когда с утра две клиентки, мёртвое тельце Джульетты Алексеевны — это доп нагрузка, а не желанная добыча.

Расслабив корсет, делает еще пару глотков. И махнув мне рукой, уходит.

— Уф... — расслабляюсь.

Повезло с соседом всё-таки.

Начинаю чувствовать вкус чая. А чай у него!...

— Ммм...

Почистив костюм, развешиваю на кухне, возле приоткрытого окна. Голубая бархатная юбка уже прилично потерта... Новый мне, конечно, наша костюмерша и потрогать не даст. Ее потом наша припадочная примадонна живьем сожрёт. А этот, старый, на припадочную не налезает. Он ей на два размера меньше. А мне — в самый раз. Только грудь у меня едва ли похожа на подростковую. Но у припадочной и того больше. Тоже мне — Джульетта тринадцати лет.

Отмокнув в душе, собираюсь в интернат. Там сегодня будет Наталья Антоновна. Она курирует совет по опеке. И я очень хочу ее поймать.

У меня два "приличных" прикида, я их чередую. Сегодня узкая юбка ниже колен, блузка и туфли на каблучке.

В сам интернат без записи попасть невозможно, поэтому я ловлю Иштарову на входе.

— Наталья Антоновна! Подождите меня... Здравствуйте.

— Ирина, — узнает меня.

— Мне Васю не отдали, — жалуюсь я.

— Да, видела документы, — вздыхает. — Порадовать нечем.