Книга Не отступать и не сдаваться. Том 3, страница 82 – Алим Тыналин

Еще минуту я двигаюсь перед противником, как черепаха. Голову держу открытой, однако он только потом начинает атаковать меня решительными прямыми ударами. Скоро раунд закончился, мне невыгодно раскрывать свою тактику сейчас.

Ага, вот так всегда. Я покажу свои зубы, он поймет, что я его обманываю и уже к следующему раунду уйдет совсем в свой панцирь и не будет оттуда высовываться. Нет, придется терпеть до конца раунда.

Кажется, Хасслер тоже заметил, что дело идет к концу раунда и тоже не торопится атаковать. За все время схватки он только раза три пытался пробить мою оборону и даже успел задеть меня пару раз длинными джебами.

Темпераментные испанцы кричат и улюлюкают. Им не нравится, что мы волочимся по рингу, как дохлые клячи. Даже рефери подходит к нам и говорит:

— Бокс, бокс! — и машет руками.

Я киваю и подхожу ближе. Атакую по своей проверенной схеме. Джеб, боковой, отход. Внимательно продолжаю следить за противником. Клюнул ли он на мою удочку? Усыплен ли, решил, что я тоже хочу разобраться с ним по очкам?

При этом стараюсь затуманить глаза, сделать вид, будто я сонный и не выспался. Может, еще недостаточно оклемался после перелета, слишком перетренировался. Удары вялые.

Кажется, я даже немного перебарщиваю со своим обманом, потому что в карих глазах Хасслера я вижу недоверие. Хм, единственный шанс для него узнать, правда ли я такой тюфяк — это броситься в решительную атаку и попробовать вывести меня из себя.

Он так и сделал. Подошел ближе и в кои-то веки атаковал сам. Серия джебов по разным уровням моей защиты. Сначала в голову, потом в корпус и опять в голову. Я отбивался медленно, больше уклонялся и блокировал. Хасслер усилил нажим и тут прозвучал гонг.

— Ты чего, прощупал его? — спросил Худяков. — Что-то слишком долго. Давай, начинай уже. А то зрители уже потухли.

Во втором раунде я действую совсем по-другому. Хасслер опять пошел вперед. Кажется, он принял меня за еще более нерешительного соперника, чем он сам. Осмелел, однако.

Противник напал на меня, начав с сильного прямого удара в голову. Но я уже подготовился к встречному удару. Это был необычайный стопорный удар, как раз идеальный, чтобы вскрыть броню противника.

Когда еще только кулак Хасслера двинулся к моей голове, я выбросил вперед свою левую руку, делая одновременно атакующее и оборонное движение. Я машинально напряг мышцы на руке, закрепляя руку и повернул ее по оси слева направо.

Бьющую руку Хасслера я оттеснил предплечьем и локтем. Поднятым своим плечом прикрыл подбородок. Теперь силу встречного удара увеличиваем поворотом корпуса. Тело поступательно движется вперед, вес переносится на левую ногу, выдвинутую вперед. Правая рука тоже прикрывает подбородок и готовится нанести второй удар.

Удар наносится горизонтальным кулаком. Прямо в лицо, в нижнюю часть, которую Хасслер открыл весьма неосторожно, стремясь выбить меня из колеи.

Ну что же, вся моя медлительность в прошлом раунде пошла мне на пользу. Противник и не ожидал от меня такой подвижности и стремительности. Он думал, что сейчас будет гоняться за мной весь раунд опять и пытаться взломать мою оборону.

И конечно же, он даже предположить не мог, что я осмелюсь атаковать его встречным ударом.

Вместе с тем, удар получился очень даже приличный. Мой кулак в перчатке врезался Хасслеру в подбородок. Соперник прервал атаку и пытался уйти от удара, восстанавливая защиту, но куда там. Я уже почувствовал вкус крови.